Его лицо приняло торжественный вид, и он кивнул. Отдал мне три пилюли, закинув четвёртую в рот. Пятую, мутную, мы уничтожили — она была ядовита для адепта.
Чоулинь встал на руки вверх ногами и начал отжиматься, всё ускоряясь. Его лицо стремительно багровело, и спустя пару минут кости в его ноге громко захрустели, вставая на место, а Чоулинь заорал как дикий зверь.
Тем временем я уничтожал перстень, впитывая его энергию в себя с помощью клыка, готовясь к худшему.
Чоулинь, уже отжимающийся нормальным образом, прохрипел:
— Зерно не принимает земляную ци. Оно её отторгает.
— Смешивай стихийную ци с энергией из пилюли и усваивай, быстрее!
— Кончилась…
Я открыл ему рот и закинул оставшиеся три пилюли.
Тот бешено заорал и начал носиться по кругу, иногда взбегая на стены — ох, как я его сейчас понимал.
— Теперь не хватает концентрации ци! Она окрашивает источник, но едва-едва!
— Ложись! Готовься, будет больно!
Чоулинь без слов падает, я запрыгиваю ему на спину, аккуратно, потихоньку ввожу клык между лопаток на пару сантиметров вглубь, ощущая, что его зерно ци находится совсем рядом, и там бушует ураган.
Клык потянулся, собираясь выпить без остатка всё его зерно, он дрожал от предвкушения, словно перед ним самое вкусное блюдо в его жизни.
— НЕ-Е-Е-ЕТ!!! — я заорал всем своим существом, останавливая клык и скармливая ему частичку своей ледяной ци, а когда он успокоился — энергия земли из моего «второго зерна» бурным потоком полилась прямо в зерно Чоулиня, смешиваясь с другими энергиями и густо окрашивая всё в коричневый цвет.
Как только я передал всю энергию, спрыгнул со здоровяка, но тот не шевелился, только иногда постанывал, словно испытывал сильную боль. Хоть щит в итоге и не понадобился — хватило энергии от голема и перстня, — но было ощущение, что я вновь прошёл по краю.
Я задумчиво смотрел на клык, который раньше считал лишь инструментом, но сейчас, глядя на голубоватые руны, иногда появляющиеся на его поверхности, понимал — это не совсем так.
Убрав клык обратно на шею, подошёл к здоровяку.
— Как ты, дружище?
— Зерно… прорастает… Не мешай… — Здоровяк, которому уже давно пора было отрубиться — я вспомнил эффект своей первой пилюли укрепления тела, — продолжал подстёгивать свою силу техниками. На чистой воле держаться — всё ради того, чтобы достичь максимального результата. Сейчас, после прорыва, ци была особенно восприимчива и могла получить качественные изменения, укрепляющие фундамент, и впоследствии влияющие на все последующие стадии.
Чем качественнее фундамент, тем выше на нём можно построить пагоду, — так любил говорить старик, мой учитель.
Я считал, что понимаю эту фразу вдоль и поперёк, но сейчас, глядя на Чоулиня, который грыз камень зубами, чтобы боль помогала ему не отрубаться, я открывал для себя новые грани этих слов.
Фундамент силы не станет качественным сам по себе — его можно и нужно улучшать при каждой возможности. Даже если это больно и неприятно.
— Аркус! Иди сюда! Такое пропускаешь! Ты раньше видел, чтобы здоровяк камни ел, или он тут от голода с ума сошёл?
Окрестности города Пламенной Птицы. Болота. Отряд наёмников
— Хельда, что это может быть? — спрашивал Свард, один из людей, что был с ней с самого начала похода, указывая на огромный обглоданный скелет змеи.
— Так не бывает, чтобы у змея с воротником — что говорит о грани перехода на четвёртую стадию, — совсем не было энергии в костях! Они же рассыпаются, как труха! Даже если бы он пару лет пролежал, остались бы следы ци, а тут ещё мясо с него даже не всё сожрали! — Он возбуждённо жестикулировал, отчего Хельде хотелось поморщиться.
— Если ты чего-то раньше не встречал, Свард, это не значит, что так не бывает. Хватит орать, — голос Хельды был полон холода, показывая всё её отношение к происходящему. Она не любила, когда её люди вели себя как необразованные крестьяне.
— Но, госпожа… — Свард, крепкий парень, находившийся на пике стадии листьев (3.3), весь словно сдулся под её взглядом. — Что же это может быть?
— Не твоего это ума дело, Свард, — Борей, один из имперских наёмников, с самого начала их пути хорошо себя показавший, подошёл к товарищу и положил руку на его плечо. — Если госпожа сочтёт нужным, она сама тебе расскажет.
Как ей надоели эти склоки между людьми, которые были с ней с самого Севера, и теми, кто пришёл в их отряд позже. Этот Борей, искусный воин, тоже надоел. Всё время пытался выставить себя в лучшем свете, чтобы она обратила на него внимание и после миссии взяла в свою гвардию.
Она не слишком хорошо умела скрываться, и буквально через пару недель совместной работы все в отряде догадались, кем является Хельда, и всячески старались ей услужить. Глупцы.
