Она никак не могла угомониться, всю ночь проворочалась без сна, пребывая в состоянии фрустрации. Линн посмотрела на часы — четыре утра. Правда, она привыкла, что некоторые дела требуют много времени, а явные результаты все не появляются. То, чем она занималась в своих научных исследованиях, требовало большого терпения. Но чаще всего ей все же удавалось достичь хотя бы предварительных результатов, если задача поставлена реалистичная. В деле с SEB этого не произошло. Мало того что все компьютеры исчезли один за другим — ей и Саману пришлось вместо этого загрузить большие по объему резервные копии, которые в худшем случае окажутся бесполезны, если вообще удастся просмотреть все материалы. Натянув футболку, она села к обеденному столу и вошла в айпаде в файлы Мартина Гренфорса. Из постели до нее донесся храп Самана. Похоже, он тоже в стрессе. По крайней мере, вел себя иначе, чем накануне.
Она наобум перебирала файлы Гренфорса за последние месяцы. Мимо промелькнуло множество имен и названий фирм. Перссон, Мадхани, Камстедт, Блумдаль, Нюман, Бергшё. Пролиг, Кильстедт, Смит, Сканска, Скантех, Скандик. КапНорд, Кемо, Кинневальс. Имена без значения. Без контекста. Разве что промелькнут в планах, офертах или счетах-фактурах.
Стоящий рядом с ней ноутбук с сонным гудением продолжал работать над резервными копиями жесткого диска Аландера. Зашифрованного файла среди резервных копий не оказалось. Вместо этого она вписала команды, которые стали сличать имена в списке клиентов Аландера с именами в компьютере де Нейдена. Пока это не принесло никаких результатов.
Нажав пару кнопок на айпаде, она снова вернулась к резервным копиям с компьютера Аландера. Уже доказано, что Маркус де Нейден и Юханнес Аландер дружили. Или по крайней мере общались. Что-то же должно найтись в компьютере Аландера помимо зашифрованного файла! Она стала включать разные программы восстановления данных. Файл за файлом восстанавливалось содержимое очищенной корзины. Она просмотрела материалы, поискала ключевые слова. Ни одного названия организации или предприятия, которое было бы ей знакомо. Ни слова о «Патриотическом фронте», ни одной фамилии, относящейся к майскому расследованию. Может быть, она ослышалась во время нападения в квартире Самана? Может быть, слова «Патриотический фронт» — обман слуха? Самовнушение? Однако она никак не могла отбросить свои подозрения. Слова жгли ее изнутри, кололи, как иголкой.
Внезапно она замерла. Макросы, появившиеся на экране, были частично переписаны пару недель назад. Однако можно было разглядеть нечто напоминающее восстановленный пароль.
Она попробовала войти на несколько сайтов, пытаясь найти совпадение между паролем и именем пользователя Аландера. Сначала внутренняя сеть SEB, потом архив прайвет-банкинга. Наконец сравнила с паролем от служебной почты, который дал ей Саман. Не подходит. Или у пароля уже истек срок действия? Она вошла в Bash, вписала несколько команд, не получив результата, изменила инструкции и наконец, довольная, откинулась на стуле. Ей открылся временный протокол удаленных сообщений. Она стала просматривать удаленные сообщения из почты Аландера. Корзину входящих писем он очистил за неделю до того, как умер. Однако среди восстановленных копий ничто не выделялось. Никаких сообщений от де Нейдена. Ничего о встрече, запланированной на вечер пятницы, или вообще связанного с тем конкретным днем. Линн заморгала, глядя на экран. От усталости голова казалась тяжелой. Боковым зрением она отметила, как что-то промелькнуло — как раз тогда, когда она уже совсем собиралась сдаться и вернуться в постель. Она нетерпеливо нажала на клавиши, чтобы вернуться назад. Удаленное сообщение на служебную почту Аландера. Ничего странного.
Кроме того, что Аландер послал его сам себе.
С другого, личного, адреса электронной почты.
Сообщение оказалось пустое. Отправлено по ошибке? Скопировав адрес отправителя, Линн зашла в его личный аккаунт Gmail и попробовала восстановленный пароль. В компьютере замигало — она вошла в почтовый ящик.
В корзине рабочей почты Аландера оказалось всего несколько сообщений, и все они имели отношение к работе. В личной почте все выглядело совершенно иначе. Линн с изумлением читала переписку из параллельного мира, в котором Аландер находился вне работы. Легко было догадаться, почему он не использовал служебную почту. Он постоянно переписывался с невероятным количеством женщин — в соответствии с какой-то хитрой схемой, по которой каждая женщина появлялась с интервалом в три дня. Судя по письмам, Аландер занимался всем на свете — помимо банковского дела, о котором нигде не упоминалось. Она только качала головой, читая про альпинистские восхождения, заезды на велосипеде вокруг Веттерна, поездки на лыжах, поручения Министерства иностранных дел и тайные задания на крупных концертах. Этот человек беззастенчиво врал, приукрашая сам себя. И чем бы он ни занимался, это всегда очень кстати совпадало с областью интересов и занятий собеседницы. Похоже, все контакты были найдены через сайт знакомств.
