– Виталик, иди к нам! – позвал Сергей Иванович, приветственно помахивая рукой.
Отказываться было невежливо. Странная всё же вещь – воспитание. Боишься людей, осторожничаешь, но отказаться не можешь… Виталька подошёл, оглядываясь по сторонам. Как же ему сейчас не помешали бы Димка и старшеклассники. Да он бы в драку ввязался со всеми троими, лишь бы не подходить к этим пожилым людям. Но ноги несли сами. Вдобавок навалилась вдруг приятная усталость, будто только что закончил беговую тренировку. Вчера были такие же ощущения, особенно в квартире у этой милой пары. С ними уютно. В пальто уютно. Под зонтом уютно. Так чего опасаться?
– А почему вы не на стадионе, юноша? – спросил Сергей Иванович, когда Виталька подошёл.
– Устал сегодня, перерыв надо сделать на день-два.
Парень остановился, неловко переминаясь. Он смотрел на сидящих пожилых людей сверху вниз, но казалось, что они всё равно выше его, больше, шире, загораживают редкие лучи пробивающегося солнца.
Сергей Иванович держал на коленях сложенный зонт.
– Нельзя прерывать тренировки. Нехорошо, – сказала Зинаида Павловна, почёсывая переносицу. – Талант зароешь. Ничего не добьёшься. Сгинешь. Пропадёшь.
Виталька тряхнул головой, сбивая наваждение. Люди как люди, ничего в них не было необычного.
– Вы преувеличиваете, – сказал он. – Мышцам нужен отдых, чтобы не перегружать. А талант никуда не денется. Это же не сто рублей, чтобы потеряться.
– Зря вы так, молодой человек. Я бы с вами завёл интересную дискуссию. Знаете, сколько детей ничего не добились в жизни из-за того, что похоронили талант? Миллионы. Прямо сейчас вокруг нас берут и закапывают. Кто-то вместо того, чтобы учиться рисованию, сел играть в игрушки за компьютер. Кто-то не читает правильных книг, а гоняет в футбол целыми днями. Кто-то, например, вместо тренировки по бегу решил поваляться дома на диване. – Сергей Иванович хитро сощурился. – А давайте прямо сейчас сходим к нам, выпьем чаю, поболтаем про бег, тренировки, мышцы. Я кое в чём разбираюсь, поверьте. Продолжим наш разговор. А затем вы немного потренируетесь, а мы посмотрим. Идёт?
У Витальки была секунда – даже меньше, – чтобы найти правильное решение. Удивительно, но какая-то крохотная часть внутри его сознания хотела согласиться. Почему бы и нет? Но он подавил её, тряхнул головой снова и сказал:
– Не сегодня. Знаете, папа ждёт. Нам надо с ним за покупками съездить.
– За покупками, – повторила Зинаида Павловна. – Хороший у вас папа, должно быть.
Сказано было таким тоном, что Виталька едва не возразил: «Да не очень», но сдержался. Жаловаться на родителей незнакомцам не хотелось.
Сергей Иванович неприятно разглядывал Витальку сквозь прищур. Потом кивнул:
– Завтра так завтра, молодой человек. Условимся. Вы бегаете, а потом пьём чай и общаемся.
– За покупками, ишь, – повторила Зинаида Павловна себе под нос. – Чего только не придумают, лишь бы талантом не делиться. Вот так и пропадают люди.
Сложенный зонт перекочевал ей на колени, и старушка сразу же успокоилась. От вчерашнего её обаяния ничего не осталось. Она покусывала нижнюю губу, оставляя крохотные окровавленные трещинки, и будто сама не замечала этого. Глаза бегали туда-сюда, не задерживаясь ни на Витальке, ни на окружающем мире.
– Говорят, у вас сегодня в классе был инцидент, – внезапно сказал Сергей Иванович.
– Откуда вы знаете?
– Слухи быстро расходятся. Какая-то сумасшедшая напала на того парня, с которым вы дрались. Странно, не находите?
Зинаида Павловна нервно хихикнула. Пальцы её перебирали складки зонта, будто искали что-то.
– Всякое бывает, – ответил Виталька. – Она не в первый раз уже.
– Угу, всякое. Но вы ей не верьте, выбросьте из головы. У сумасшедших свой мир где-то в грёзах. Они там живут, как им нравится. Знаете, вылепят уютный мирок из фантазий и проводят там дни напролёт. А ещё хотят затащить туда обычных людей. Но это ведь никому не нужно. В грёзах сумасшедших нет ничего хорошего.
Пожилые люди синхронно улыбались, видимо ожидая от Витальки какого-то ответа, а у него в голове вертелась только одна мысль: «Уйти!» Он сказал:
– Хорошо, выброшу. Прямо из головы. Мне пора, папа ждёт.
И, развернувшись, заторопился мимо Дома культуры к парку, через который вела дорога к дому. В парке Виталька, подавшись мимолётному импульсу, свернул по песчаной тропинке за кусты, на которых уже распустились первые весенние листья. Сердце бешено колотилось. Парень обогнул Дом культуры со стороны фасада, вышел справа от дороги и затаился у газетного киоска, разглядывая лавочку с сидящими на ней пожилыми людьми. Он чувствовал себя шпионом из фильмов. Только вот совершенно не представлял, для чего всё это делает.
