– Подальше от суеты, – отозвался папа. – В другой маленький городок, где никто не будет задавать много вопросов. Если хочешь, устроим тебе дистанционное обучение. Я слышал, сейчас многие так учатся.
– Я хочу, чтобы вы больше не сбегали в пограничный лес и не сходили с ума, – сказала Лариса. – Устала, если честно, спасать вас от всякого.
Они все рассмеялись одновременно.
Потом Лариса снова уснула, растянувшись на заднем сиденье. Проснулась уже с рассветом. С обеих сторон дороги мелькали редкие деревья. Полоска голубого неба расчертила горизонт. Солнце вставало где-то далеко над крышами многоэтажных домов незнакомого города. На бардачке лежал шарик из фольги, обмотанный зелёной ниткой. Свободный кончик нити едва заметно подрагивал.
Лариса спросила у мамы:
– Нас будут искать?
Мама ответила:
– Конечно, милая. Но мы умеем прятаться. Считай, это образ нашей жизни.
– А ещё мы набрали грёз, – сказал папа. – Они помогут. Мечты и фантазии всегда помогают. Главное, думай об этом почаще.
Лариса и забыла, как папа умеет обнадёживать.
В тот момент ей стало тепло и уютно. Показалось, что автомобиль не просто движется по дороге к незнакомому городу, а проник сквозь грёзы, вытащил из обыденности её семью и обязательно доставит туда, где всем будет хорошо.
Только одна мысль не давала Ларисе покоя в то раннее утро.
Куда делся Виталька?
Он вернулся домой на рассвете. Крикнул с порога:
– Мам, пап, я пришёл! Купил стиральный порошок и хлеб, о’кей?
Родители выбежали из гостиной и бросились к сыну. Видно было, какие они невыспавшиеся, растрёпанные, перепуганные и удивлённые: папа с щетиной и всклокоченными волосами, мама с припухшими веками и ненакрашенная.
Посыпались вопросы: «Где ты был? Что случилось? Слышал о больнице? Ты ведь туда не совался?»
А Виталька стоял молчаливый и улыбающийся. Позволял родительским эмоциям окутывать его. Эмоции были вкусными и сочными, почти как фантазии.
Сергей Иванович научил его вкушать их. Через крохотные дырочки, покрывающие кожу. Питаться родительскими заботами, страхом, любовью – что может быть лучше?
– Я и сам так делал, – говорил Сергей Иванович. – Иначе как набраться сил для свершений?
Виталька помнил, как взмыл в серое дождливое небо. Чёрные вязкие капли падали на его лицо, попадали на губы, затекали в ноздри. Потом они залепили глаза, и когда Виталька растёр их ладонями, то увидел, что больше не парит в воздухе, а сидит за обычной школьной партой.
Это был маленький учебный класс, почти пустой. За высоченными окнами нельзя было ничего разобрать из-за тёмно-оранжевого света, который просачивался сквозь стёкла и растекался по полу.
В классе умещалось всего четыре парты. Одинаковые, низкие, кривоногие. Сидеть за такой было неудобно, коленки упирались в деревянную столешницу. Виталька поёрзал, привыкая. В мутном полумраке он увидел Сергея Ивановича, который стоял у школьной доски и что-то писал на ней мелом.
Буквы складывались в слова.
– Запоминай, у нас немного времени, – сказал Сергей Иванович, не оборачиваясь. Он стал как будто меньше ростом, да и голос изменился. Ещё прибавилось волос. Одежда казалась мешковатой, слишком большой для него. – Первый шаг – это влюбить в себя других людей. Родителей, друзей и подруг, родственников и учителей. Позволяй людям отдавать свою любовь. Где любовь, там самые яркие эмоции. А эмоции сделают тебя сильнее. Знаешь, как выигрываются соревнования? На эмоциях. Ты можешь быть не самым лучшим бегуном, теннисистом, баскетболистом. Но если тебя любят люди, то их энергия часто помогает побеждать… А что будет, если ты сможешь брать эту энергию и использовать с утроенной силой?
Он повернулся, и Виталька понял, что Сергей Иванович сильно помолодел. Возможно, ему было лет пятнадцать, как Витальке.
– У тебя на коже сотни маленьких проколов. Помнишь пальто? Мы дали тебе возможность впитывать энергию людских эмоций через эти проколы. Просто прикрой глаза и представь, как поглощаешь их. Каплю за каплей. Со временем ты научишься питаться грёзами. Ты ведь этого хотел, да? Чтобы родительская любовь, их переживания и фантазии окутывали тебя постоянно. Чтобы не было равнодушных людей. Чтобы о тебе заботились, за тебя переживали, чтобы люди дарили тебе любовь за твои победы. Мы даём тебе эту возможность.
На доске было написано и зачёркнуто: «Пожиратели грёз».
– Запомни – мы не пожиратели. Мы аккумуляторы. Не убиваем, а создаём энергию для движения вперёд.
Сергей Иванович подошёл ближе и положил прохладную ладонь на лоб Витальки.
– Отныне ты не будешь нуждаться в любви, молодой человек. Она будет повсюду. Ты сможешь её разглядеть… и забрать.
Виталька хотел сопротивляться, но больше не мог. Ему вдруг понравилось то, что он услышал. А кому бы не понравилось?
Он пришёл в себя на рассвете в парке около дома. Лицо было влажным от дождя.
В круглосуточном магазине купил то, что просила мама, потому что мама отдаст свои эмоции в обмен на хорошее поведение.
