Фальшивый Огненный Бог встречается с самой настоящей злой колдуньей. Кто победит в магическом поединке?
========== Часть 1: Ведьмина охота. Глава 1: Сожгите ведьму! ==========
Смолистый факел разгорелся весело и ярко. Староста судорожно вздохнул, подошел к костру, старательно отводя глаза от тщедушной фигурки у столба, поднес факел к вязанке хвороста…
А в следующий миг — кубарем покатился по земле, снесенный затрещиной чьей-то могучей лапы! Факел выпал у него из рук и погас.
Старосту схватили (кажется, зубами) за шиворот, вздернули на ноги, и гулкий, словно из бочки, бас у него над ухом прорычал:
- Повелитель, задрать его или как?
- Задрать всегда успеем, - ответил ему другой, вполне человеческий голос. - Для начала пусть объяснится.
Староста открыл глаза. Затуманенному взору его предстало неожиданное зрелище. На деревенской площади выстроился отряд солдат — человек в двадцать, все явные чужеземцы, вооруженные до зубов, вида диковатого и довольно свирепого. На переднем фланге красовался господин королевский наместник Энкин Флед, местным крестьянам хорошо известный, хотя и не с лучшей стороны. А вот человека рядом с ним - в красном плаще, черноволосого и смуглого, с угрюмым лицом - староста видел впервые. И тем не менее…
- Ваше королевское величество! - возопил староста, сдернув с головы шляпу и сгибаясь пополам. - Вот ведь радость-то нечаянная! Не думали, не гадали, чтобы в нашей глуши… Да кланяйтесь же, дуралеи, это король! - прошипел он в сторону односельчан.
Послышались приветствия — нестройные и, правду сказать, довольно жидкие. К Урфину Джюсу, уже во второй раз захватившему власть в Волшебной стране, даже жители захолустных мигунских деревушек относились неоднозначно.
- За догадливость хвалю, - сухо проговорил король. - А теперь, любезные подданные, внимательно слушаю, что за игры с огнем вы тут устроили.
- Дак это… ведьму жжем! - исчерпывающе объяснил староста.
- Какую еще ведьму? Вы что тут, с ума посходили?! Отвяжите ее, - кивнул он солдатам, и двое марранов кинулись исполнять приказание.
Люди зашумели.
- Ведьма как есть! - убежденно сообщил староста. - И думать нечего! Она это, Келемринда воплощенная! Трех младенцев сожрала за неделю! И еще в соседней деревне…
На левом плече Урфина тяжело заворочался и приоткрыл глаза старый филин.
- Прадед мой, мудрейшая птица, - проговорил он скрипучим голосом, - рассказывал, что лет пятьсот назад в Волшебной стране такое случалось. Но чтобы сейчас…
- Дикий народ-с, - высказался господин Флед. - Сами видите, ваше величество, какая глушь!
В самом деле, глушь была отменная. Сумеречная Долина располагалась на крайнем востоке Страны Мигунов, между двумя отрогами Кругосветных гор. Почва здесь была каменистой и неплодородной, полезные ископаемые тоже не встречались, и единственное богатство здешнего края составляли целые леса дерева нух-нух. За ними-то — точнее, за орехами нух-нух, чьи чудесные и опасные свойства были известны уже всей Волшебной стране — и явилась сюда королевская экспедиция.
Откровенно говоря, присутствие Урфина здесь вовсе не требовалось: оборвать орехи с деревьев марраны вполне могли и без его чуткого руководства. Однако он рад был любому предлогу сбежать из Изумрудного дворца — и без труда убедил себя, что просто обязан отправиться на задворки Фиолетовой страны, проверить, не зреет ли там бунт и достаточно ли местные жители ему преданы.
Царствование оказалось на редкость нудным и утомительным занятием.
И не в том дело, что Урфина называли тираном и узурпатором, что встречали лицемерными улыбками, а провожали ненавидящими взглядами. К людской неприязни он привык и нимало ею не смущался. Но прошел месяц, другой — и люди заговорили иначе.
«Ну да, он узурпатор и тиран, - поговаривали жители Изумрудного города, собравшись где-нибудь на кухне за рюмочкой ягодной настойки. - Но с другой стороны, сильный лидер! Бывший наш господин Страшила, не в обиду ему будь сказано, замечательный был правитель, но несколько… э-э… слабохарактерный. А этот — другое дело! Вот кто сможет твердой рукой навести порядок в стране!»
И жаждущие твердой руки гуськом потянулись в Изумрудный дворец.
Диктатору жаловались на скаредных отцов, беспутных сыновей, сварливых соседей и нерадивых домохозяев. Просили пособий из казны по малолетству, по старости, по многодетности и по отсутствию кормильца. Рвали рубахи на груди, рассказывали ужасные истории своей жизни и умоляли немедленно восстановить справедливость.
Первые два дня Урфина все это развлекало; к тому же ему льстила теория «твердой руки». Но на третий день… и на четвертый… и все последующие дни, когда между завтраком и обедом он разбирал прошения и выслушивал кляузы, а после обеда, проклиная тот день, когда выучился грамоте, читал доносы министров друг на друга… Короче говоря, месяц спустя король Изумрудного города и Сопредельных стран уже готов был отречься от престола; и экспедиция в далекий и почти неизведанный край показалась ему спасением.
Однако, как видно, и в этих девственных местах без твердой руки было не обойтись.
