Наконец впереди показался флагман погибшего конвоя, атакующий линкор «Неустрашимый», шестигранная вытянутая пирамида в полтора километра длиной. Впрочем, сейчас от корабля остались изрядно покорёженные нос и корма, всё остальное словно зубами кто-то выгрыз. Одна из аппарелей носовой части линкора была подсвечена, сообщая, что там ждут гостей. Джаф нервно осенил себя святым кругом Создателя и отдал приказ навикомпу идти к этой аппарели, что, впрочем, подтвердил и искин.
Минут через двадцать лязгнули причальные зацепы, и старенький «Шахтёр-3М» оказался притянут к полу огромного ангара. Как ни удивительно, в нём была атмосфера, да и защитное поле на входе тоже работало. Но выходить без скафандра Джаф всё же не решился. Ему вообще не хотелось выходить, но выбора он не имел — к шахтёрскому кораблю уже направлялись десятка два ремонтных дроидов, что-то тащивших на себе. Приблизившись, они поставили на пол две овальные капсулы, по боковым стенкам которых пробегали цепочки огоньков, сообщавших о том, что стазис-оборудование в рабочем состоянии и капсулы заняты. Интересно, кто в них?
Любопытство преодолело страх, и Джаф направился к капсулам. Охраняющий их боевой кибер только повёл стволами плазмеров, однако почему-то пропустил его. Шахтёр не задавался вопросом — почему. Он приблизился к первой капсуле и прочёл на информационном экране имя находящегося в ней человека — Мей Оларио Стерр. Какая-то женщина. А во второй? Джаф двинулся к ней и склонился на информационным экраном. Ник Арвио Тонг. Кто это? В этот момент Джаф вспомнил — кто, и закашлялся. Демоновы копыта! Да это же сам Железный Ник! Тот самый легендарный адмирал, о котором в последние десять лет из каждого ящика трещат. Ничего себе! Надо сообщить Норту! Однако тот первым вышел на связь:
— Джаф, срочно выбирайся оттуда!
— Зачем? — растерялся тот.
— У нас гости…
— Пираты?! — чуть не подпрыгнул шахтёр.
— Не знаю, — хмуро отозвался бывший военный. — Я таких кораблей никогда ещё не видел. Чёрные бугристые овоиды…
— Думаешь?.. — затрясло Джафа.
— Да, — тяжело уронил Норт. — Это гости извне. Чужаки.
Шахтёра от таких известий передёрнуло. За всю историю человечества, даже распространившись на десятую часть галактики, иного разума люди так и не встретили. А вот им довелось…
— Норт, у меня тут тоже такие новости, что хоть стой, хоть падай, — заставил себя отвлечься от нехороших мыслей Джаф.
— Что там ещё?
— Да капсула с Железным Ником. Он живой, Норт…
— Что-о-о?!! Ты бредишь?!.
— Если бы. Вот капсула передо мной стоит…
— Ой-йо… Вот теперь нам кранты однозначно. Если чужаки не грохнут, то наши власти уж точно, им живой Ник и на хрен не нужен…
— И что теперь?
— Не знаю. Грузи, что сможешь, и лети сюда. Чужаки пока что зависли неподалёку и ничего не делают, только сканируют. Хотелось бы верить, что они нас не тронут…
— Ты прав… — с тоской произнёс Джаф. — Нам теперь только надеяться на чудо и осталось…
Арио уныло смотрел на светящее из окна солнце и отчаянно скучал — врачи строго-настрого запретили ему напрягаться, даже в сеть заходить и то нельзя было. Оставалось только размышлять над случившимся. И юноша размышлял, чем дальше, тем больше удивляясь. Исходя из того, что Арио помнил, именно он посбивал к матери Третьего все ивейские истребители, да и несколько бомбардировщиков тоже. Причём творил в воздухе совершенно невозможные, даже непредставимые вещи! Так ли это? Арио не знал, своей памяти он доверять не мог, а врачи отказывались что-либо рассказывать, говоря, что сначала надо вылечиться. В чём-то они, конечно, были правы, но юноша сходил с ума от непонимания и беспокойства. Моменты боя вспоминались один за другим, и каждый сам по себе был маловероятен. А уж вместе — вообще нечто! Чтобы хоть как-то успокоиться, ему нужно было понять, что случилось, а врачи всеми силами этому мешали. В итоге Арио сорвался в дикую истерику, разбив в палате всё, что можно было разбить, и требуя рассказать ему о случившемся. После этого вызвали даже какого-то профессора-психолога, тот выслушал юношу, тяжело вздохнул, укоризненно покачав головой, и разрешил доступ в инфосеть, только недовольно пробурчал на прощание, что искренне не понимает людей, которым какие-то там события дороже собственного здоровья.
Однако это не помогло. Сеть полнилась мнениями кухонных аналитиков, каждый из которых считал себя истиной в последней инстанции, накидываясь на всех, кто был не согласен с его «ценным» мнением. Зато официальные источники как воды в рот набрали. Пресс-служба Университета отделалась невнятным заявлением о неспровоцированном нападении храмовников и о том, что инцидент исчерпан, и ивейцы принесли извинения. Студенты и работники Университета пребывали в растерянности, ломая головы в попытках понять, что же на самом деле случилось. Многие высказывали мнение, что происходит что-то очень серьёзное, не зря ректорат занят какой-то лихорадочной деятельностью, суть которой никому не известна.
