Мила попыталась сгладить ситуацию, схватившись за первую мысль, которая пришла в голову:
– Как насчет моей командировки в Южную Америку?
Она изобразила кокетливую улыбочку и захлопала ресницами.
Его глаза мгновенно стали пустыми.
– Шутите?
Но она продолжала настаивать, проводя кончиками пальцев по его груди:
– Я хорошо говорю по-испански.
Он поймал ее руку. Сильно сжал:
– Хотите сказать, это убеждение?
Она глянула ему прямо в глаза:
– Разумеется.
– Лжете.
– Уверены?
– Уверен.
Она подняла брови:
– Считаете себя таким неотразимым?
Он поморщился.
– Подумайте об этом, Трой, – беззаботно рассмеялась она.
Он стиснул ее подбородок, удерживая голову неподвижно, глядя ей в глаза.
Ее одолело беспокойство. Она приказала себе не сломаться, не забывать о самообладании. Знай он, что она таяла, как сахар, в его объятиях, пинками бы выставил на улицу.
Она молчала. Мгновение тянулось целую вечность.
– Не смейте никогда, никогда больше играть со мной, – прорычал он.
Она бы кивнула, но его хватка была поистине стальной.
– Понятно? – прошипел он.
– Да, – прошептала она.
Он резко отвернулся, а она почти обмякла, схватившись за стол.
– Кто-то еще видел это? – спросил Трой Вегаса, промаршировав в центр управления.
– Нет.
– Сотри все.
– Уже сделано.
Трой облегченно вздохнул. Узел в груди ослаб. Он сам не знал, почему ему не все равно. Плевать, если парни увидят, как он целовал Милу.
– Спасибо.
– Я сделал это ради нее.
– В самом деле?
У Вегаса нет причин защищать репутацию Троя.
Зато Мила пострадает, если кто-то увидит запись. Но она сама навлекла это на себя. Все же Трой не хотел еще больше усложнять ее жизнь, пока она работает на него. Только последний мерзавец способен на такое.
– Не пойму, о чем я думал.
– Я точно знаю, о чем ты думал, – ухмыльнулся Вегас.
– Обычно я не позволяю женщинам играть со мной.
– Да ну?
– В этом она лучше, чем я ожидал.
Он опять вспомнил тир.
– Многие женщины пытались. Я обычно вижу их уловки за милю. А она? У меня были все причины подозревать, что она попытается что-то выкинуть.
– Почему ты считаешь, будто она ведет игру?
Трой изумленно уставился на партнера:
– Ум и логика. Она ищет постоянную работу.
– Это не означает, что она попытается соблазнить тебя.
– Она призналась, что так и было.
– Она признала, что играла тобой?
– Я как-то неясно выражаюсь? Или у меня что-то с английским?
– Ты вполне ясно выражаешься, – заверил Вегас, глядя на мониторы и нажимая пару клавиш.
Троя вдруг осенило подозрение.
– Это не ты ее подговорил? И вчера просто дергал меня за цепь?
– Поверь, мне есть чем занять время.
– Мне тоже.
– Это обнадеживает. Запись стерта, словно ничего и не было.
– Именно это я хотел услышать.
Насколько это касалось Троя, поцелуя вообще не было. Просто Мила оттачивала на нем профессиональное мастерство. Она красивая женщина. Знает это и понимает преимущества флирта с ним. Будь это обычная операция, он восхитился бы ее умением.
– Она прошла тест?
– Да.
Мила определенно владеет оружием.
– Не пояснишь подробнее?
– Она прекрасно стреляет. Приемлемые реакции, и под огнем не спасует.
– Вполне веское подтверждение.
– Что ты хочешь от меня услышать?
– Она набрала сто процентов в тактической подготовке.
– Как и многие парни.
– И мы их нанимаем.
– Что ты хочешь этим сказать?
– А что собираешься делать, если она пройдет все испытания?
– Ее рост пять футов четыре дюйма. Вес – менее ста двадцати фунтов. Никакая тренировка, никакая решимость или храбрость не проведут ее через полосу препятствий.
– Это верно. Твоя сестра спускается.
Трой глянул на запись с камер лифта и увидел в кабине Кассиди с плачущим Дрейком на руках. Она выглядела усталой. Фиолетовые волосы растрепались, макияж смазался.
– Рад, что у нас нет аудиозаписи.
– Сплошной абсурд, – проворчал Трой.
– Похоже, самое время предложить, чтобы она пересмотрела жизненные планы.
На экране двери лифта открылись. По коридору все громче неслись пронзительные вопли малыша. На пороге появилась Кассиди.
– У него режутся зубки, – сообщила она.
– Поэтому ты принесла его сюда?
– Мне нужно поговорить с тобой.
– А мы здесь пытаемся работать.
Даже упрекая ее, он неожиданно для себя взял у нее ревущего Дрейка, при этом не имея ни малейшего желания находиться рядом с вопящим мокрым мальчишкой. Кассиди выглядела так, словно сейчас грохнется без чувств.
Он прижал Дрейка к плечу, съежившись, когда сопливый нос уткнулся ему в шею.
– У него покраснели и распухли десны, – заметила Кассиди.
– Не можешь дать ему что-нибудь?
Наверняка в современной медицине есть средство для распухших детских десен. На ум приходил аспирин. Или, может быть, немного виски? Немного виски также поможет бедному ребенку немного поспать.
– Я давала! – заплакала Кассиди. – И не раз. Средства должны были обезболить его ротик. Но они совсем не помогают!
Что же, обезболивание – мысль неплохая. Но Дрейк продолжал орать ему в ухо.
– Как идут поиски няни?
– Агентство требует задаток. – Кассиди прикусила губу. – Я хотела спросить.
Она выглядела милой и беспомощной в хорошенькой пастельной блузке и легинсах.
– Без проблем. Я добавлю сколько нужно.
