— В обращении упускаем отчество, но имя сокращать запрещаю.
Снова кивнула.
— Информация, фото, пересказы, жалобы обо всем, что происходит в этом доме и в моей личной жизни недопустимы. Если вдруг захочется поплакаться в жилетку очередному любовнику — предлагаю сначала перечитать контракт.
Я вскинулась. Это подло запрещать мне транслировать ориентацию и тут же тыкать в нее в самый неподходящий момент.
— И главное правило, — ткнул в меня пальцем Бергер, — я могу приводить сюда любовниц, а ты нет. Хоть раз ослушаешься и лишишься выходных.
Мы стояли друг напротив друга и моя грудь ходила ходуном, так что его палец постоянно касался перемотанных ребер.
— Всё? — уточнила я, чувствуя, как пауза неприятно затягивается.
Бергер продолжал смотреть на свой палец, упирающийся мне в грудь, чертыхнувшись, наконец-то опустил руку, заиграл желваками и отступил, сунув руки в карманы дизайнерских брюк, хотя по этикету такое граничило с вызовом обществу!
— Да, — прохрипел он и кивнул на лестницу, ведущую на второй этаж. — У тебя пара часов на изучение документов, в семь спускаешься и греешь ужин. Телефон повара в документах. Если не сможешь разобраться с плитой…
— Уволен? — попыталась догадаться я.
— Позвонишь повару. Я не могу раскидываться ценными кадрами из-за неправильно разогретого ужина.
Бергер ушел в сторону кабинета, а меня начало немного потряхивать. Что значит «неправильно разогретый»? Мне над едой с градусником что ли стоять?
Но заскоки Бергера по итогу оказались куда скромнее выпендрежа Стаса. Вот не думала, что моя пятилетняя стажировка с мужем-тираном отлично пригодится на новой работе с деспотом-шефом. Хотя Бергер по итогу куда больше похож на доброго волшебника: эксплуатация не предусматривает секса, включает в себя мое содержание, выходные и еженедельные денежные выплаты на личные нужды.
Господи, только бы не сглазить, но как же я счастлива!
Сначала намек на то, что Бергер не будет брать меня в офис морально задел профессиональные качества, зато теперь, запоминая какой кофе в какие часы он любит, я не уставала ликовать, ведь нахождение в закрытом поместье мне только на руку. Меньше шансов столкнуться со Стасом и его прихлебателями. А значит, больше времени подготовить ответный шаг.
Развод.
За последнюю неделю я поняла, что больше всего хочу освободиться от Стаса, кроме страха меня ничего с ним не держало, а теперь, вырвавшись из клетки, я не хотела возвращаться обратно.
Да, пока не планировала свое будущее дальше, чем на пару недель, но уже не считала, что дошла до предела. Я смогу вырваться и похоронить свои страхи и неудачный брак. Мне просто нужно немного времени, и Бергер даст мне его, уж я постараюсь.
К семи я спустилась на кухню и по инструкции от повара довела ужин до готовности, накрыла в столовой два места, центральное с торца и по правую сторону для себя. Застыла у входа в ожидании шефа.
Бергер вошел ровно в семь, весь до невозможности домашний и расслабленный, с влажными после душа волосами и в свободной одежде, хлопковых легких брюках и в рубашке поло.
— Справился? — удовлетворенно окинул он накрытый стол и кивнул: — Присаживайся и попробуй поддержать легкую беседу.
— О чем? — неуверенно спросила я, придвигая стул и тут же вспоминая об обязательно расставленных бедрах, чтобы не защемить яйца. Я тут же раздвинула ноги и столкнулась под столом с коленкой Бергера.
Наши взгляды встретились, Алексей нахмурился и сцепил зубы. И пусть он каждый раз показывает этим свое недовольство и гнев, но как же рельефно на скулах перекатываются желваки. Я поймала себя на мысли, что невольно начинаю любоваться его лицом
— Пожалуй, в следующий раз накрывай себе чуть дальше, чтобы нам не толкаться… локтями.
— Конечно… — …локтями, но как тактично ушел от претензии. Хотя точно знает, что по этикету никто на обеденный стол по время трапезы локти не выставляет!
— Хорошо. Приступим.
Согласно инструкциям от предшественницы Ники, я огласила меню и первой открыла свою крышку, утонув в аромате горячего блюда.
— Обалдеть, — пролепетала я, сдерживаясь, чтобы не наброситься на еду.
— Согласен. Дома кто готовил?
— Тоже была приходящая… — тут я заглохла, в панике поворачиваясь к Бергеру, который не упустил мою промашку и теперь вопросительно изогнул бровь. — Студентка. Мы с парнями скидывались ей на продукты и зарплату, — закончила я и вздохнула с облегчением от кивка Бергера.
— Тогда мой повар поразит твой вкус и испортит окончательно своими шедеврами. Ян Заславский — слышал про такого?
Да, я слышала и безумно любила его кулинарное шоу «Hot Chili Chef».
— Сам Ян? А когда он приходит?
— Тс-с-с! Давай без фанатского восторга. И мы уже договорились — никаких гейских штучек и подкатов.
Настроение у шефа испортилось и дальше мы ужинали молча, хотя факт, что я скоро лично увижу Яна Заславского, воодушевлял и делал еду еще вкуснее!
После ужина Бергер отпустил меня, оповестив, что сам почитает «что-нибудь развлекательное» и встретимся уже утром.
— Тебе необходимо пополнить гардероб. Костюмы оставь на выход. А натыкаться взглядом на формальности в доме я не хочу.
