С внедрением в банду «Дьявольских костей» у Франка возникли некоторые трудности, но Брэгг обещал все уладить. Поэтому, временно довольствуясь группировкой посредников, для Брауна было символично использовать Хезер. При том, что он не сделал ровным счетом ничего, чтобы добиться девушки. Та сама им заинтересовалась.
Быть может, она мечтала о великой любви с «плохим парнем», только вот у Брауна были свои мысли на этот счет. И сегодня Оурли пришлось рухнуть с розовых облаков на землю и принять свою новую унизительную роль. Или же не принять, и на всю школу прослыть шлюхой.
Дождь усилился и начал орошать бледную кожу мелкой прохладной россыпью. Докурив, парень вышвырнул окурок на улицу и закрыл окошко. Вот-вот должен начаться первый урок. Алгебра, вроде бы.
Он опоздает. Возможно, даже не придет — хорошо бы наведаться в гараж к прихвостням «Дьявольских костей». Сегодня пятница, а значит возможна работенка. Может, даже Ромул явится, чтобы выпить.
Франк вышел из туалета как раз под раздражающее дребезжание звонка. Баз и Киллиан, которые стояли на стороже, теперь сомкнулись плечом к плечу, не пропуская к двери мужского туалета какого-то паренька. Пришлось напрячься, чтобы узнать в нем Виктора из десятого класса. Слишком непримечательная персона. Возможно, его даже никогда не приходилось избивать.
— Этот туалет — не ваша собственность, — Виктор пылал черными глазами, бесстрашно глядя в лица двух громил. Такой взгляд был бы неплохим вызовом для Брауна, ему понравилось, как накаляются настроения.
— Привет, Виктор, — Франк скрестил руки рядом со своими верными помощниками. — Какие-то проблемы?
Парень замахал рукой перед носом, отгоняя воздух, и брезгливо натянул горловину серого свитера на всю переносицу.
— Фу, как закурено! — глухо возмутился он, сверля всех угольками глаз. — Да кто вам право дал не пускать учеников в туалет и устраивать из него газовую камеру? Оттуда же теперь без легких можно выйти! Вы совсем что ли?!
— Мне типа должно быть стыдно или что? — Браун склонил голову на бок, изучающе рассматривая Виктора.
— Ты уже перегибаешь палку, Франк! — парень подался вперед, он был готов к противостоянию. По крайней мере, так показалось главному из шайки.
— Штаны не обмочи от перенапряжения, — фыркнул он. — Проваливай, пока тебя в толчке не умыли.
— Знаешь, что? — черные глаза Виктора, казалось, вот-вот покраснеют от накала. — Сейчас расскажу уборщице. Она вас мигом выгонит.
— Давай, — с полным спокойствием согласился Браун. Ему хотелось ухмыльнуться, но это не соответствовало образу, поэтому на его хмуром лице не дрогнул ни один мускул.
Он знал, что уборщица сунуться к нему не посмеет. Вот предыдущая была менее сговорчивой, злющей гром-женщиной. Та могла и наброситься, и к властям обратиться по малейшему поводу. От нее хватало проблем. Но она уволилась по состоянию здоровья. Новенькая же оказалась приезжей смуглой сорокалетней матерью-одиночкой, плохо знающей язык. Франк тут же воспользовался ее слабостью и необразованностью себе во благо.
Однажды, когда в школе закончился даже самый поздний урок, он и компания его придурков, застали женщину в мужском туалете. Она мыла пол. Увидев высоких подростков с мрачными лицами, уборщица занервничала и собралась тут же убраться прочь, но ей не дали.
Баз забаррикадировал собственной тушей дверь, а Киллиан захватил несчастную сзади и заткнул ей рот. Та выла и кусалась, но рука Верзилы служила надежным кляпом. Женщина присмирела, когда Браун рывком задрал ее длинную темно-серую юбку и спустил вниз белье. Ноги ее сомкнулись в коленках. Они дрожали, пытаясь скрыть интимное место.
Но Франк с полным хладнокровием начал делать снимки на мобильный телефон. Тогда уборщица зарыдала. От потока вязких горячих соплей и слюней, Верзила отдернул руку от рта и с омерзением вытер о джинсы.
— Только пикни, — преспокойно предупредил Франк Браун пленницу. Затем пригрозил, что ее дряблое тело увидит вся школа, если она не зарубит у себя на носу, что именно этот мужской туалет на первом этаже — его территория, и что бы здесь ни происходило — это не ее дело. Дождавшись послушного кивка, парень приказал Киллиану отпустить женщину. Пока та судорожно поправляла одежду, он отсчитал ей сотню евро в знак примирения и взаимопонимания.
С тех пор смуглая многодетная мать с Франком всегда дружелюбно здоровается и старается вымывать туалет на первом этаже в первую очередь, еще до прихода первых учеников в школу. Она до сих пор верит в то, что ее действительно фотографировали.
— А может сразу директору на вас донести, а? — Виктор никак не хотел успокаиваться.
— Тогда можешь сразу и в похоронное бюро звонить, место на кладбище бронировать.
