«Неужели девушка из сна говорила правду?» — По спине и рукам юноши начали красться мурашки, они устремились вверх и сжались где-то на затылке в ледяную точку. Воспоминания о том, как ее удивительно мягкое теплое тельце раздавливается его сильными огромными пальцами, отозвались неожиданной приятной теплотой внизу живота. Стивен ожидал приступа сожаления, угрызения совести, но… он не жалел о том, что сделал. Более того, он признался себе в том, что будь у него еще одна возможность переиграть разговор с загадочной красавицей, он бы поступил точно так же, если не хуже.
«Интересно, если бы я сжал не грудь, а живот, было бы более скользкое ощущение? — подумал, было, он, но тут же одернул себя. — Ты чокнутый, Стивен? Да, эта недалекая девица со смазливым лицом не должна была раскрывать рот, она не достойна иметь мнение, но из-за этого уничтожать ее? Как бесчеловечно…»
Но под сердцем нечто приятно заклокотало, будто отвечая на изложенные размышления, и юноша улыбнулся.
«К черту. Это был просто сон. А во сне я могу делать, что угодно. Давить, разрывать, трахать, жечь каждый сантиметр. Во сне я свободен. Никто никогда не узнает, что я делаю в своей голове».
Стив потянулся и сладко зевнул. Настроение скакнуло до отметки «значительно выше среднего», ведь с ним все в полном порядке. Он осмотрелся в поисках своего смартфона, но его нигде поблизости не наблюдалось. Тогда отметка настроения резко упала в красную зону — зону ярости.
Первыми прибыли мысли о том, что телефон украли, и теперь кто-то копошится в личных данных Стивена, как опарыш в тушке.
Дверь в палату отворилась и в щели показалась смуглолицая медсестра с тугим пучком черных, как смоль, волос на затылке. Ей было около сорока, улыбчивая, с ласковым и теплым взглядом.
— О, ты проснулся, мальчик? Как хорошо! — сладко прощебетала она, отчего Весту сделалось мерзко.
«Мальчик?! — уязвленно подумал он и почувствовал, как пробудился очередной вулкан недовольства. — Для тебя, жирная свинья, я как минимум юноша».
Вслух он этого не сказал, но презрительно искривил верхнюю губу, глядя на женщину, как на забытый мешок с мусором.
— Пойду сообщу твоей маме. Она и сестренка переживали!
Проигнорировав все знаки неприязни, медсестра скрылась за дверью. Вскоре в палату буквально ворвалась Симона Вест, а за ней — Диера.
Как всегда, одетая с иголочки, мать уселась перед постелью и воззрилась на Стивена рассерженной пантерой. Ей даже не нужно было хмурится, чтобы окружающие считывали с лица злость — какое-то волшебство таилось в ее выразительных темных глазах, которые превращались в два бесчувственных кремня, когда женщина сердилась. А еще главным признаком того, что все всерьез плохо, являлось отсутствие улыбки и идеально разглаженный лоб.
Вест понимал, что сейчас произойдет неприятный разговор, потому собрался с силами и приготовился слушать, сложив руки домиком на животе.
— Стивен, — мать старательно держалась, чтобы не изменить спокойной, пусть и ледяной, интонации. Ее ноздри размеренно раздувались, выпуская невидимые потоки раскаленного злобой воздуха. — Ты доставил проблемы нашей семье. Почему?
— Верзила давно напрашивался, — ответил тот, глядя только на собственные пальцы. Они до сих пор казались достаточно сильными, чтобы давить мясо и кости. — Он, Баз и Браун издевались надо мной в школе. Я дал отпор.
— Мы с отцом учили тебя, что конфликты нужно решать беседой. Разве нет? Ты опозорил нас, показал себя невоспитанным и жестоким человеком. Ты в курсе, что у избитого мальчика диагностировали сотрясение мозга?
Стив хмыкнул и тут же сделал вид, будто кашляет, а не смеется.
— Мозга? Правда?
— Ты мог убить его, — голос Симоны поднялся на октаву, ее самообладание медленно таяло из-за сына, который не проявляет никакого раскаяния. — Мы не воспитывали убийцу. Мы не воспитывали уголовника, Стивен!
— Мам, — парень устало запрокинул голову. — Обошлось ведь. Верзила жив, меня не посадили. Я постоял за себя. Разве не этого добивался от меня отец? — он язвительно посмотрел на мать. — Отец все время твердил мне, что я должен стать мужиком, что я должен уметь решать свои проблемы. Его… «душевные беседы» хорошо отпечатались в моей памяти.
— То есть, ты считаешь, что поступил правильно? Быть мужчиной — это не значит проламывать окружающим черепа!
— Не кричи, мам, — ласково прогладила плечи Симоны Диера. Девушка огорченно посмотрела на брата. — Стив, в этот раз ты и правда зашел слишком далеко. Когда ты потерял сознание, полиция отвезла нас с Лаурой в участок. Там уже были Франк и Баз. Нас заставили рассказать обо всем, что мы видели, вызвали наших родителей. В общем…
— Мы должны оплатить лечение избитого тобой мальчика, еще и сверху возместить моральный ущерб! — все же взорвалась Симона, но мгновенно втянула носом воздух и задержала дыхание на несколько секунд. После продолжительного выдоха, женщина вновь заговорила относительно спокойно. — Мне рассказать о том, как обрадовался твой отец, услышав такую новость? Мы не богачи, Стивен.
