«Толкни! Один толчок и дело сделано! Всего одно усилие, Стивен! Он разобьется, его черепушка лопнет, как арбуз! Этан умрет, как и положено психованному алкоголику! — мысли становились все привлекательнее, все соблазнительнее, но пищащий голос сестры постоянно вырывал из приятного предвкушения. — Да похер на мелкую суку! Толкай!»
Франк Браун стоял под арочным навесом из поликарбоната и курил, глядя наверх, на виднеющийся сквозь пластик толстый слой снега. Казалось, еще чуть-чуть, и конструкция не выдержит, поддастся давлению бесконечно прибывающих осадков, рухнет на головы тех, кто выходит из подъезда. Возможно, тогда управляющая компания зашевелится и начнет своевременно чистить козырьки жилых домов.
Рабочие едва поспевали расчищать и посыпать дорожки во дворе, оправдываясь перед СМИ повышенной нагрузкой в связи с чрезмерной обильностью снегопадов.
Бесспорно, в этом году зима выдалась слишком уж снежной. Участились несчастные случаи, когда деревья не выдерживали массы на своих ветвях и ломались, обрушиваясь прямиком на ничего не подозревающих прохожих. По телевизору активно обсуждалась эта проблема, предлагались различные методы ее решения, в том числе и своевременная уборка снега с крон. Но на деле не менялось абсолютно ничего. По крайней мере, в Пригороде-1.
А сколько бездомных замерзло в сугробах, которые на окраинах достигали человеческого роста? Неизвестно. Скорее всего, тела подсчитают по весне.
С другой стороны, если не заморачиваться насчет чрезвычайных ситуаций, заснеженность даже придавала пригороду шарма. Улицы казались чище, светлее, просторнее, а желто-рыжий свет по вечерам наделял снег почти волшебным сверканием.
Но Франк вышел не любоваться творением природы — ему трудно было подолгу находиться дома, а потому он часто уходил хоть куда-нибудь. Ворота гаража, который служил гнездом для компании много лет, теперь были заперты навсегда. Больше никаких сходок, никакой работы, никакой компании.
Заканчивался февраль, но ни от Землероя, ни от Джокко не поступало ни единого звонка. Франк пытался звонить им сам, но вызов уходил в никуда, а потом телефон Землероя вовсе оказался вне зоны доступа. Домашние адреса парней были ему неизвестны.
Ромул тоже молчал. Единственное сообщение от него пришло через два дня после смерти Ко. «Я свяжусь с тобой» — гласило оно. Но время шло, а никто ни с кем не связывался. Не сказать, что Браун огорчался, но ощущение, будто его продвижение к мести застопорилось, неистово злило юношу. У него было слишком мало информации, чтобы действовать, а не действовать он не мог.
Всякий раз, возвращаясь домой, он встречался с янтарными глазами мистера Фауста, и вспоминал счастливейшую улыбку Роба, которому разрешили оставить котенка себе. Невыносимо было смотреть на семейные фото, украшающие стены квартиры. Почти на каждой запечатлен жизнерадостный Роберт.
Его комната… Она также оставалась на своем месте, только теперь была постоянно закрытой, отчего невольно хотелось представлять, будто младший Барун там, внутри. Играет в компьютер или в свои любимые настолки.
Пинать полицию пригорода для продолжения разбирательств стало бессмысленно, а в городе «дело особой важности» заглушили и родственникам перестали давать какую-либо обратную связь о продвижении.
Больше всего Франк ненавидел чувство беспомощности. Такое непривычное и убогое, совершенно чужеродное ему. Злость жглась, как угли за пазухой, отчего парень не знал, куда себя деть.
Как отомстить? Как найти Ромула и этого Армаса с дружком? Никаких идей. Пропасть… Тишина бесплодного, бессмысленного ожидания хоть какого-нибудь знака. Но какого знака? Откуда?
Браун посчитал это раздражающее состояние обычной фрустрацией, но сдаваться не собирался.
Он выбросил окурок и закинул в рот новую сигарету. Уже, наверное, пятую подряд. Прохрустев плотным снегом, старшеклассник спустился по ступенькам и оставил подъезд дома за спиной.
Франку были известны точки, где сейчас стоит дневная смена. Он предположил, что беседа с этими ребятами может подкинуть хоть что-нибудь, что подскажет, где искать Ромула или Армаса.
Юноша сжал зубы — новенькая куртка-авиатор не спасала тело от пробирающего до костей мороза, как и не спасал плотный черный свитер с горловиной. На углу улицы Брауну вовсе стало не комфортно от хаотичных порывов ветра, цепляющих сигарету.
Совсем скоро он пересек дорогу и нырнул в чужой двор, куда ветер никак не мог добраться из-за расположенных друг напротив друга трехэтажных кирпичных домов. Этот скромный дворик всегда был вылизан от и до. В любой сезон. Он вызывал зависть и восхищение, а также предположение, что в этих замечательных тихих квартирах живут представители старших поколений, обожающие тратить море свободного времени на клумбы или уборку территории во дворе.
Подтверждением такого предположения могут служить всегда покрашенные и чистые лавочки рядом с подъездами, а также вычищенная детская площадка в центре двора.
Очень удобно для бабушек и дедушек, отправленных на прогулку с внучками, ведь площадка хорошо видна с любой лавочки.
