Именно поэтому через дорогу от остановки, в смешанном лесу, по сей день стоят руины оздоровительной базы отдыха и развлечений под названием «Дом медвежат». Частный лагерь для мальчиков пользовался популярностью еще задолго до пожара в поле. Здесь ребята от шести до тринадцати лет обучались выживанию в диких условиях, занимались спортом, участвовали в ежедневных приключенческих квестах, купались в озере, а также по вечерам рассказывали друг другу страшные истории у костра.
Отдых в таком замечательном месте менял каждого: и вожатых, и детей. В один из летних сезонов вожатый группы «Гризли», куда входили ребятишки до девяти лет, изменился настолько, что обвешался странными тотемами из костей, и молча пожаловал в рабочий кабинет владельца «Дома медвежат». Мистера Блейка Фарвуда, который только собрался уйти на выходные, долго душили, заткнув рот зловонной половой тряпкой, а затем оскопили и засунули отрезанный орган в самую глотку. Затем кабинет был надежно заперт на ключ, поэтому об убийстве никто не узнал сразу. Сотрудники были предупреждены: мистер Фарвуд отправился на недельку отдохнуть в тишине и одиночестве.
Вскоре вожатые перестали поддерживать активность детворы и следовать установленному расписанию. Одна молоденькая вожатая и трое ее десятилетних подопечных мальчишек отправились собирать хворост для вечернего костра, но дети исчезли. Просто бесшумно растворились в воздухе. Испуганная, на грани панического срыва, девушка металась между деревьями в поисках, и не заметила, как село солнце. «Старая земля» впускала в себя темноту быстро и с удовольствием.
Среди жутких теней от древесных стволов и кустарников вожатая заметила силуэт с длинными нитками, свисающими с запястий. К нитям были примотаны неразличимые в темноте полые предметы, которые, соприкасаясь, тихо монотонно постукивали, напоминая «музыку ветра» или китайские колокольчики.
Больше девушку никто не видел, как и пропавших ребят. Всю ответственность за оставшуюся группу пропавшей, осиротевших «Бурых», самоотверженно взвалил на свои плечи вожатый «Гризли».
Еще один вожатый был найден на следующее утро холодным, бледным и с густой пеной, засохшей на губах, подбородке и ключицах. По всем признакам, парень перебрал с запрещенными веществами, так и умер, лежа в постели с высоко подложенной под голову подушкой.
Оставшиеся вожатые начали не на шутку нервничать, хотели вызвать скорую, но вожак «Гризли» запротестовал, ведь тогда приедет и полиция. Детишкам испортят отдых, а лагерь закроют, пострадает репутация, мистер Фарвуд будет недоволен…
Еще одна вожатая утонула на следующую ночь. Ее обнаженное тело, лежащее лицом вниз в троснике, обнаружили мальчишки из старшей группы «Белые», которым вздумалось поплавать глубокой ночью без надзора старших, что вопреки правилам лагеря.
Ворота на территории «Дома медвежат», словно срослись под тяжелыми цепями с замком. Одна только густая чаща слушала долгие истошные визги оставшихся без защиты мальчиков.
Полиция приехала в лагерь только когда родственники забеспокоились из-за потери связи с детьми и вожатыми, когда на бесчисленные звонки не ответил даже мистер Фарвуд.
То, что увидели блюстители закона по приезду, навсегда оставило глубокую рваную рану в их сердцах и психике.
Некогда зеленая, коротко стриженная лужайка, находившаяся по центру между детскими домиками, была залита кровью. Рядом с ней, на спортивной площадке, в гимнастическом бревне торчал топор с треснувшей рукоятью — кто-то бил с невероятным усилием. Но никаких тел пропавших детей поблизости не нашли. Только изуродованные останки вожатых.
Первая находка ожидала полицейских в столовой, на кухне. В больших пищеварочных котлах с уже остывшим бульоном сидели Остин, Бобби и Алеш. Каждый мальчик находился в отдельном котле. Ошпаренные, с широко выпученными белесыми глазами, они в невообразимой агонии таращились вверх, словно жаждали пробить крышу взглядом, дабы воззвать к Господу за помощью. Их пальцы крючились над краями посудины в болезненном напряжении, пока не закоченели.
Кухонный стол был залит кровью, перемешанной с маленькими частицами мяса.
Настоящий ужас ожидал офицеров в подвале, где хранились овощи и консервы. В мрачном помещении с низким потолком раньше пахло сыростью и землей, но в тот день там разило смертью, старой и свежей кровью.
Мрак нехотя разгоняли догорающие свечи, закрепленные на собственном парафине у кирпичной стены, где кровью был нарисован странный символ: луна, почти полностью заслоняющая солнце с тремя извивающимися лучами.
Пол небольшой комнаты застилали нагие тела мальчишек, истерзанные, частично разорванные на части и изломанные. Почти каждый из них подвергся насилию, однако, извлечь генетический материал изувера оказалось тем еще испытанием воли и упорства для специалистов.
