Пока свободных планов у меня не нашлось, кроме как сидеть и копить силы. Клетка то и дело покачивалась, её деревянные прутья поскрипывали, а вокруг попахивало чем-то тяжёлым и звериным. Тошнота потихоньку отступала, и это было хоть каким-то утешением. Я прикрыл глаза, сосредоточившись на мерном раскачивании — может, оно поможет мне к тому моменту, когда придётся резко рвануть на волю.
Рвануть на волю у меня не получилось. Казалось, тут дело было не в том, что моя «призрачная рука» давала сбои — вероятно, у них имелось что-то, блокирующее все способности пленников, по крайней мере, я так решил. А дело в том, что лиана, которая оставалась на моей ноге, следовала за каждым моим движением, будто послушный спутник, но при этом не позволяла мне отойти ни на шаг — он словно уходила глубоко в землю и крепко держал меня, не давая шанса удрать.
В итоге я мог лишь идти под конвоем, тогда как моих «попутчиков» — двух без сознания вейсанцев — несли при помощи каких-то жердей, словно связку дичи. Да, к пленным здесь относились не слишком деликатно, что, впрочем, неудивительно: на моей войне бывало и похуже. Но тогда это был «мой» мир, а теперь…
Теперь я шагал по какому-то «лесному городу». Хотя правильнее сказать — по городу на ветвях: куда ни глянь, всюду висели полусферические дома, сплетённые из лиан и перекрытые огромными листьями, так что заметить их можно лишь, оказавшись под ними. Я шагал вслед за носильщиками, тащившими бессознательных солдат, и, разумеется, осматривался: сперва было похоже на обычные деревья, только развешенные корзины-дома. Но приглядевшись, я увидел узорные тропинки, проложенные из перетёртых листьев, и длинные полые корни, превращённые в подобие хижин или нор.
А ещё я заметил высоких, худощавых лесных жителей, которые выглядывали из-за лиан, — внешне схожих с людьми, только у них глаза были чуть больше, да черты лица более утончённые, словно у Айрэлинн. Встретился с несколькими такими взглядами: кто-то имел тёмные волосы, заплетённые в длинные косы блестящие на солнце, словно были смазаны чем-то, придававшим им странный блеск. Они носили зелёные туники с узорами облегающие к их как казалось утончённым и хрупким телам.
Пока я разглядывал эту картину, меня и двоих солдат-соплеменников вели высокие «громилы» — по одному спереди и сзади. Эти рослые стражи шагали с удивительной лёгкостью и молчаливой уверенностью, а их движение подчёркивали тяжёлые, массивные луки за спинами, и, глядя на них, я понимал, кто пригвоздил того бедолагу к броне кубической машины вейсанцев.
Наконец мы выбрались к чему-то вроде центральной площадки: тут деревья образовывали почти замкнутый круг, напоминая кольцевую защиту. Пространство в середине было размером едва ли не с футбольное поле, усеянное небольшими строениями и утоптанными тропинками. Посреди этого импровизированного поселения высилось крупное плетёное здание в форме полусферы, метра четыре или пять в высоту. К нему и повели меня, а носильщики поместили раненых солдат сзади.
Высокая арка перед входом оказалась покрыта свисающими растениями, которые, будто чувствуя приближение конвоя, раздвинулись в стороны, пропуская нас. Внутри царил полумрак, и я сразу ощутил примесь хвойного аромата и чего-то терпкого, словно настоя лесных трав. Посредине помещения находился что-то наподобие простого «трона», сплетённого из толстых лиан, а на нём восседала мощная фигура, вероятно, местный вождь. В отличие от встреченных мной лесных жителей, его волосы были не чёрные, а отливали синеватым переливом, что делало его внешность ещё более экзотической.
Один из конвоиров сделал знак рукой, и меня с усилием подтянули вперёд, словно приказав встать посреди зала. Раненых вейсанцев придерживали на весу в нескольких шагах позади. Второй конвоир и вовсе застыл на месте, понизив взгляд, как будто отдавая дань уважения сидящему на троне.
«Похоже, я предстал перед каким-то вождём, — мелькнула у меня мысль. — Но разве Айрэлинн не говорила, что у них правит совет старейшин?» Может, это другое племя или какая-то особая иерархия?
Едва я задал себе этот вопрос, как «вождь» (или кто он там) заговорил тихим, но глубоко проникающим голосом.
- Назови своё имя, чужак, - произнёс он тихо.
Я сглотнул и ответил неуверенно: - Меня зовут Леон.
Он кивнул, вглядываясь в моё лицо, будто оценивая каждую черту.
- Что привело тебя в наш Лес, Леон? И кто эти «железные» люди, что были с тобой? – его голос теперь звучал чётче.
Я тяжело вздохнул, украдкой оглядываясь на двоих раненых вейсанцев. - Они не все мне друзья. Я… сам толком не знаю, почему оказался здесь. Точнее… оно само так получилось. Я не хотел никому вреда.
Вождь некоторое время молча смотрел на меня, будто прикидывая, лгу я или нет. Потом задал вопрос, от которого у меня внутри всё перевернулось:
- Ты пробудившийся? Тот, о ком шепчет Лес уже пару дней?
Я слегка вздрогнул. Откуда он знает? Но промолчать не имело смысла. Хотел позвать Ир, а но то снова пропал, оставив меня один на один с новыми испытаниями
- Да… я… пробудившийся, – признался я.
