На мгновение я мельком подумал, что Ир должен бы вмешаться — но дух продолжал хранить молчание. Похоже, я оказался лицом к лицу с не хилым таким представителем здешней фауны, и никто не придёт на помощь. Сердце билось так, что в ушах стучало, но я затаил дыхание, не двигаясь.
Тварь, теперь существом его назвать было сложно, тоже словно замерла, лишь её слюна капала на поваленное дерево, издавая тихое шипение (возможно, это была какая-то едкая жидкость?). Её огромные когти сжимались и разжимались, оценивая, видимо, мой размер и мои действия.
— «Ир…» — мысленно позвал я, чувствуя, как губы пересохли от страха. Но дух не отзывался.
Оставшись без «подсказок», я не знал, что делать: бросаться на зверя равносильно самоубийству, бежать — большая глупость, учитывая шесть лап. Единственное, что я мог, — стоять в полуприсядке, держа меч наготове, ждать, не нападёт ли чудовище первым.
«Вот уж и наткнулся на „представителя“ местной фауны», — горько подумал я. Под моими ногами хлюпала грязь, а над головой трещали ветви, которые зверь чуть задел, когда поднялся. Если он рванёт вперёд, у меня есть лишь секунды. Но что дальше — неизвестно.
В лёгком оцепенении я продолжал ждать: судорожно вцепившись в меч, закрываясь за стволом дерева, но не убегая. И всё же в глубине души теплилась надежда, что вдруг, к счастью, зверь решит отступить и уйти. Однако всё указывало на предстоящую схватку, где у меня явно мало шансов…
Когда произошёл удар, я почти не успел его ощутить — всё произошло молниеносно. Огромный зверь, двинулся так стремительно, что в одно мгновение оказался прямо рядом со мной, вцепившись зубами в заранее выставленный импровизированный меч.
В долю секунды я уловил лишь, как массивная пасть с ужасающими клыками скользит по металлу. Если бы зверь не схватил это лезвие, я наверняка отлетел бы на несколько метров от силы его рывка. Но теперь всё, что произошло, — это жёсткий рывок, при котором я сильнее сжал рукоять, чувствуя, как чудовищное давление передаётся в мою руку. Казалось, в правом плече что-то треснуло или вывихнулось, но выброс адреналина заглушил боль, и я почти ничего не чувствовал, лишь вдыхал отвратительный, пропитанный гнилью запах, исходивший из сжатых звериных клыков, которые скрежетали о металл моего меча.
Секунды растянулись: обе наши силы схлестнулись в смертоносном клинче — я, отчаянно зафиксировав меч перед собой, а зверь, вгрызшийся в него, словно хотел разломать на куски. Гулкое рычание отдавалось вибрацией по всей длине клинка, а я сжимал его так, что пальцы едва не теряли чувствительность. Скрежет металла, резал уши, казалось, что меч вот-вот лопнет от такого напора, как будто зверь пытается перекусить его.
Я понимал: стоит ему освободить клыки, и он ударит или лапами, или снова стремительно рванётся — и меня, возможно, уже ничто не спасёт. Но, одновременно, если я отпущу оружие… тогда зверь вцепится в меня самого. Выхода не было: надо держаться.
И хотя плечо болело, а в мыслях назревала паника, адреналин колотил по сердцу, не давая мне упасть. Казалось, что воздух пропитан ржавым металлом и зловонием. «Держись, держись!» — кричал я себе внутренне, пока зверь или тварь, как его назвать я не знал но на данный момент это было не важно, яростно рыча, скрёб лапами по влажной земле, стараясь сбить меня с ног.
Я упёрся ногами в рыхлую землю и напряг всё тело, чтобы удержать клинок, за который вцепилася зверь. Существо давило вперёд, давило снизу, обдавая меня миазмами гнилого дыхания. Мой меч дрожал, скрипел, а клыки зверя, казалось, вот-вот сомкнутся на моём запястье.
Вдруг он отступил на шаг, перехватил стойку, и я увидел, как он разевает пасть в оглушительном рёве. Я успел выпрямиться и выставить меч чуть вперёд. Но он уже прыгнул, рванувшись всем массивным телом. Я в последнюю долю секунды отскочил вбок, почувствовав, как его лапа едва ли не задевает мой бок. Снова удар! На этот раз он пришёлся по стволу деревца, сломав его, словно тростинку.
Во мне колотился страх, смешанный с яростью: если не сражаться, меня ждёт мгновенная смерть. Сердце готово было вырваться из груди, а плечо ноюще напоминало о себе. Чувствуя, что долго так не протяну, я перевёл взгляд на тёмную шерсть зверя, надеясь угадать, куда нанести первый удар.
— Ир! Где ты?! — мысленно крикнул я, еле уклоняясь от когтистой лапы, которая скользнула в каких-то сантиметрах над моей головой, срезав лианы за спиной.
В ответ — молчание. Зверь, скалясь, замахнулся следующей лапой, в которой торчали когти длиной с кухонные ножи. Я захрипел от ужаса, но, прижав меч к груди, прыгнул назад и нырнул под корень вывороченного дерева. Зверь неуклюже задел ствол, я услышал грохот, а над моей головой обрушился поток мелких веток и мокрой листвы.
— Это конец? — мелькнуло в голове. Но тут — словно вспышка — я почувствовал едва заметное тепло в руне на запястье.
Ир появился так внезапно, что я чуть не врезался лбом в покрытую мхом корягу.
— Это Гвалар, хозяин болот и он слепой! — вдруг зазвучал знакомый голос в моём сознании, хрипловато и взволнованно.
