— Еже ли тебя так воспитывали, то я неслыханно рада. А ты ремёслам каким обучен?
— Н-не п-помню.
— Ну, ладно. Набирайся сил, а там видно будет. Еже ли захочешь, то можешь на речку сходить обкупнуться, ежели воды студёной не спужаешься.
— А где р-речка?
— Да вон видишь, камыш стеной за оградой, так там тропа есть.
Пройдя за ограду Лёня спустился по тропинке к реке. Камыш и правда в этом месте был срезан и были устроены мостки из грубо обтёсанных, расколотых вдоль брёвен. Позанимавшись интуитивной гимнастикой минут пятнадцать, он скинул портки и нырнул в речку. Студёная вода обожгла кожу и он быстро выскочил на берег и снова накинул эфирный плащ. Постояв немного и обсохнув принц впрыгнул в единственную одежду и задумался. Дело в том, что когда он вынырнул из студёной воды, то перед глазами была не привычная рябь, а вполне читаемые знаки. Вот только значения этих знаков он не помнил.
Лёня стал каждый день увеличивать количество разных упражнений, купаний в реке и через десять дней вызвался помогать бабе Насте по хозяйству.
— Завтра, тогда, с моим дедом и сыном в лес за хворостом поедешь. Холода скоро, дожди, хворостом запастись надо. За одно может зверя какого добудете. Тебе ж одежду справить нужно в зиму.
— А чем зверя д-добывать есть?
— У деда моего всё вызнаешь.
— Добро.
В лес выехали с первыми лучами солнца.
— Ты, прости милок, что приодеть тебя не вче, но уж шибко ты крупный мужчина. — извинился сразу дед Трофим.
— А ч-чем зверя д-добывать будем? — спросил Лёня.
Дед достал маленький бронзовый топорик и такой же нож.
— Вот купил два лета тому как. Дубины срубим, рогатину сделаем и будем ими удачу пытать. Ежели обучен метко камни метать, то можно и камнями забить.
В общем то лес был кругом и особо далеко идти не надо было, вот только близко весь хворост был собран.
Минут через пятнадцать езды между деревьями дет остановил лошадку.
— Всё, приехали. Сейчас хворост собираем и грузим на телегу, за одно присматриваем крепкие дубовые суки на дубины, и Стёп, ясень на рогатину смотри, дупла с мёдом, в общем знаешь сам.
Лес был смешанным и деревья росли разными пятаками. В основном были очень крупные дубы и сосны. Периодически попадалась ёлка и другие деревья. Дед остался у лошади, а Степан и Лёнька разбрелись по округе. У каждого была короткая верёвка, метра по два с половиной. Мужчины ловко обламывали доступные сухие ветки, иногда помогая друг другу. Треск стоял на весь лес, так что не о какой охоте речи не было. Сделав три ходки к телеге и совместно увязав все дрова дед поехал в деревню, а мужчины продолжали сбор хвороста. Степан очень радовался когда попадалось упавшее дерево.
— Степан, а в округе кто ещё ж-живёт?
— Да. Пол дня пути от нас на полночь деревня Еловка.
— Большая?
— Да. Одиннадцать дворов. От них дальне ещё на пол дня пути Звенящий ручей. Тоже деревня в шесть дворов. Если идти на полдень, то через деть пути село большие чижи. Там тридцать дворов у них торг есть. От них на восход солнца в половине дня Малые чижи, а если туда иди — Степан указал на юго-запад. — полтора дня, то там Городок.
— А там что?
— Наместник князя с пятью десятками воев, крупный торг, река Большая. Три лета тому, на них нерусь набег делала.
— И?
— Пришла рать в четверо супротив них.
— Отбились?
— Отбились, только эта недобитая нерусь разбрелась по окрестным лесам и пару деревень вырезали. Как раз во там — Степан снова махнул рукой в сторону была деревня большая в двенадцать дворов. Скворцы называлась. Варвара наша одна от них осталась. Говорит долго мужики бились, но не сдюжили, все полегли. И баб многих побили и отроков. Кого то в полон захватили, а она схоронится влесу смогла с детьми своими.
— А вы в С — скворцы ходили?
— Ходили, но всё ценное нерусь утащила, остальное в огне сгорело. Кого нашли — похоронили. Вот как раз этот ручей мимо них течёт.
Лёня кивнул.
— А ты что, задумал сходить туда?
— Ч — чувствую, что надо.
— Раз чувствуешь, то сходи. Может, что и найдёшь. Как раз если сейчас ещё телегу соберём, то бегом туда и обратно и к вечеру дома будешь.
— Так и сделаю.
— И мы посмотрим, насколько ты удачлив.
