— Тогда я тебя из доспеха вытряхну, в случае если выиграю, по тому же праву. Устраивает?
— Доспех князь даёт.
— Что бы вы народ защищали, а не обирали по праву сильного и за это народ кормит вас.
— Правда твоя — сказал десятник. Так бейтесь, только не до увечий.
Гридни образовали круг вокруг которого столпились селяне. Потап вооружился мечом и круглым щитом и уверенным шагом направился на сближение. Лёня обрушил на щит пару мощных ударов, заставляя гридня задирать щит над головой и на третий раз меч прошёл мимо левая нога сделала перескок а правая с разворота в прыжке ударила в щит. Естественно воя просто снесло с ног и, проехав на заднице полтора метра, он снова вскочил на ноги.
— Силён — прокомментировал Потап и без уныниял ринулся в бой. Они рубились минут пятнадцать пока Лёня не сшиб шлем с головы гридня.
— Достаточно — распорядился десятник. — Где так биться научился?
— Честно? Не помню. Я помню себя только с прошлой осени. Меня нашли у деревни Грузди и выходили.
— А по что там не остался?
— Некоторые просто думают, что если человек потерял память, то он имеет крайнюю степень дури и глупости. Я счёл глупым оставать жить рядом с такими людьми и пошёл в Городок. От туда с караваном купца Чаги добрался до столици, по пути освоив истребление нежити. Зиму провёл в столице, постоянно отлучаясь, на день — два, на охоту, а весной решил дом ставить, чтоб в зиму можно было от Снегирей до столици нежить выбивать.
— Сколько ты максимально за раз выбивал?
— За один рейс максимум восемьдесят.
— Есть секреты?
— Просто я их вижу и хорошо стреляю из лука.
— Хорошо. Тогда на твои плечи возлагаю подготовку селян в ратном деле. Староста слышал?
— Слышал, не глухой. Только он нас тут всех измордует…
— Лучше быть битым, но живым, чем совсем не живым. — сказал как отрезал десятник. — После сбора урожая князь два десятка пришлёт налог на войско собирать, готовьте подводы. Сколько у вас нынче лошадей?
— Теперь три.
— Хорошо, Снегири, готовьтесь.
Черновик!
Гридни уехали, а староста остался стоять в раздумьях.
— О чём печалишься, Протас? — спросил Лёня.
— Да налог этот, будь он неладен. Десятую часть годового дохода вынь, да положи. А раз ты прилюдно сказал, что сто восемь золотых заработал, где брать одиннадцать золотых?
— Дела. Мне тогда в столицу надо. Ну, а ты не печалься. Решу я проблему.
Пересчитав все финансовые запасы выводы были не утешительные. В наличии оставалось десять золотых и немного серебра. Собрав в дорогу припасов он запряг коня и отправился в столицу, по дороге думая, а куда девается нелюдь летом, как лучше наладить обучение снегирей ратному делу и другие вопросы. А потом ему захотелось узнать, нужно ли вообще платить с нежити налог, поскольку кроме него этим вопросом никто не занимается. В общем назрела необходимость просится на приём к князю.
Мелькнувшая на периферии зрения тень заставила Лёню схватится за нож, а обострившейся инстинкт заставил резко скатится с телеги обнажив клинок и делая режущий взмах рукой. Это его и спасло, поскольку ему, сидящему сбоку телеги, в спину летело существо с шестью рогами на голове. Тварь, не смотря на порез в области шеи и толчками выходящую кровь начала кружить вокруг выбранной жертвы. Лёня внимательно подмечал все нюансы её поведения. Она долго выбирала момент атаки и используя руки как передние лапы, стоя на четвереньках, собравшись с силами, сделала пару молниеносных подскоков и прыгнула рогами в живот человеку. Лёне достаточно было сместиться на пол метра в сторону, пропуская тварь мимо, и вогнать нож в область сердца. Упавшая от удара плашмя на землю тварь трепыхнулась и затихла. Лёня внимательно запомнил её обозначение в тех значках, что появлялись при желании их видеть и, пока ещё было светло, распорол спину твари. Сердце у неё было по расположению как у человека, задние лапы были как у кошки, шерсть была в полтора сантиметра, а вот руки были человеческие с длинными когтями. Срубив ей голову и кисть руки Леня рассмотрел зубы-клыки. В общем тварь, которая призвана сбивать с ног и рвать на куски живую плоть.
— И от куда вы только вылезаете? — проговорил он в пространство. И самое главное лошадь не восприняла её как опасность. Необходимость в броне резко возросла.
Он ехал всю ночь внимательно рассматривая ночную дорогу и лес и только утром, добравшись до соседней деревни Соловьи, остановился на отдых, обрадовав старосту появлением новой беды.
Дав коню три часа отдыха он снова отправился в путь, но на закате был вынужден сжалится над конём и дать ему роздых. Сам же для отдыха переключился на мир ощущений ощущая окружающее пространство каждой клеточкой. Так он просидел до утра и в утренних сумерках продолжил путь в столицу.
— Привет Мандалорец, Давно тебя не было.
— Здравствуй, Василь.
— Что за падалью у тебя воняет?
— Да вот, появилась новая тварь, еду князя обрадовать. — Лёня продемонстрировал отсечённую голову, лежащую на сене.
— Ох-ё… И как эту животину называют?
— Что-то типа рогатого кота.
— Ну, ладно, проезжай побыстрей, что б у меня завтрак на землю не выбежал.
