Гостиница «Мариино» сияла огнями. В роскошном зале ресторана звучал рояль, но отдых откровенно не задался. Либа грустила, хоть и пыталась казаться весёлой, и Минусу никак не удавалось её растормошить. Уже почти две недели они находились в Ялте, но настроение Либы оставляло желать лучшего. Только с Катей она искренне улыбалась. Анечка всё больше беспокоилась за неё и этим вечером всё же решилась:
— Поедем домой, Либа⁈ Надоело всё. Как ты думаешь⁈
— У меня теперь нет дома, — внезапно заявила Либа. — Поедем к вам, если я не надоела. Вы со мной и так замучились.
— А ну, перестань! — Серёга обнял её. — Кому сказал! И не смей говорить, что у тебя нет дома! Есть! Тот, в котором мы все живём! Хочешь, мы его на тебя оформим, если это важно⁈ Тогда мы станем жить у тебя в гостях. Хочешь⁈
— Нет. Прости, Сеня. Нервы сдают, — Либа махнула рукой. — Я не знаю, что на меня нашло.
— Всё нормально.Ты не думай, что я не понимаю. Я утром Шмулю позвоню и тогда поедем. Нужно будет забрать то, что я оставил. А потом в Киев. Хочешь на поезде, а хочешь — на «бенце». Дорога на любой вкус, только бы ты не грустила!
— На машине поедем, если ты не против, — она задумалась. — А сегодня пойдём по набережной гулять⁈ Красиво там вечером! Очень красиво!
Минус перевёл взгляд на Аню, но та покачала головой:
— Я в номере с Катей побуду. Поздно уже. Вы тоже долго не гуляйте.
— Пойдём с нами! — Либа дотронулась до неё.
— Нет, — Аня усмехнулась. — Не переживай, всё нормально.
Либа медленно шагала, держа Минуса за руку. Газовые фонари освещали аллею, по которой прогуливались парочки и компании. Серёга остановился на минуту, увидев на боковой аллее едва видимую в темноте скамью:
— Может, пойдём посидим?
— Пошли, — Либа кивнула. — Только ты ведь приставать станешь?
— А зачем бы я тебя туда тащил? — Минус, улыбаясь, пожал плечами. — Конечно, соблазнять буду.
Либа прижалась к нему, целуя. Она отпрянула на миг и прошептала:
— Скажи мне, Сеня, только честно. Ты любишь меня хоть немножко?
— Очень, — выдохнул Серёга. — Я очень тебя люблю. Я не могу видеть, как ты грустишь! Чем я могу тебе помочь?
— Будь рядом, — она усмехнулась. — Всегда будь рядом со мной. Я не представляю, как могла бы жить без тебя! Ведь даже поговорить не с кем! Вот знаешь, Сеня, посмотришь по сторонам, ужас сколько человек ходит вокруг, а чувство такое, словно я посреди пустыни стою! Ты один меня понимаешь!
— Значит, не кисни! — Минус улыбнулся и поцеловал её. — Кто говорил, что больше не будем грустить? Ты! Так что, выше нос! А ну, покажи, как ты умеешь!
— Хм! — Либа скорчила гримасу надменности. — Уберите руки с моей груди! Вы что себе позволяете, Семён! — она в шутку ткнула его.
— Виноват! — Серёга, дурачась, спрятал руки за спину. — Разрешите проводить вас домой?
— Счас! — Либа хитро прищурилась. — Помнишь, Сеня, там такое интересное место в глубине парка есть? Где горки и заросли?
— Помню, — Минус улыбнулся. — Вы на что, девушка, намекаете⁈
— Темно там и не ходит никто, — произнесла она тихонько. — Пойдём туда, Сеня! Я соскучилась!
Либа закусывала губы, стараясь не стонать громко, но выходило плохо. Её платье задралось до самой головы. Минус чувствовал только её тело, подающееся навстречу. Серёга прибавил темп и раздался сбивчивый Либин голос:
— Тише, Сеня! Коленок не останется! Я их и так свезла, наверное!
— Я говорил тебе, — Минус замедлился. — Но ведь ты захотела именно так!
— И не жалею! — засмеялась она, принимаясь двигаться сильнее. — Чёрт с ними, с коленями! Заживут! Давай, Сеня! Не слушай меня!
Либа уткнулась носом в траву и содрогаясь всем телом, заплакала беззвучно. Её била дрожь и Минус на мгновение даже испугался, хоть и ясно понимал, что ей просто очень хорошо. Он прилёг рядом, повернув её к себе лицом, пытаясь разглядеть в темноте. На ощупь щёки были мокрые от слёз. Либа наконец смогла заговорить:
— Ты куда меня отправил⁈ — она всхлипывая, засмеялась. — Голова закрутилась так, что ничего не соображаю! Будто взлетела куда-то! Ты что творишь, Сеня⁈
Серёга притянул её к себе и принялся целовать. Либа отстранилась на мгновение, улыбнувшись:
— Всё, Сеня, придётся тебе меня нести! Ноги даже лёжа заплетаются! И здесь ночевать не станешь… Сейчас, полежим немного и пойдём.
При выходе из парка Минус оглядел Либу в тусклом свете газового фонаря. Он убрал несколько соломинок с её волос и остался доволен. Колени были розовые, но кожа осталась целой. Серёга улыбнулся:
— Всё хорошо.
— Конечно, хорошо! — тихо засмеялась она. — До сих пор голова кружится! Я к тебе, а тут коленки мешают! Только настроюсь, а они опять! С пиджака твоего сползла, вот и больно стало! Идём, Сеня! Отдых и дорога! Я уже в Киев хочу, не могу как! Ведь там нам с тобой намного легче подобрать время, чтобы заниматься любовью! А то разнюнилась я! Всё как рукой сняло! Правда, совсем не рукой, — она улыбнулась, — но незабываемо получилось! Надо было в первый день тебя сюда затащить!
— Может, так тогда бы и не вышло, — усмехнулся Минус. — В первый день кто-то спал у меня на руках, когда добрались. Помнишь, как проснулись в номере?
