— Конечно, — Минус даже не спорил. Он не загадывал так далеко. Втягивать эту женщину было нельзя, но и оставить одну тоже ни в коем случае. Он решил, что попросит старого Моисея позаботиться о ней, если что-то случится. Обязательно попросит.
Анечка собирала вещи, что-то ласково приговаривая сонной Кате, пытающейся самостоятельно надеть платье. Аня подошла и ловко поправила его, застегивая крючки. Минус не выдержав, подошёл к ней, обнимая. Он прижался к этой женщине, как в тот первый день, и замер, проговорив:
— Не сердись, Анечка.
— Всё нормально, — прошептала она тихонько, — я не сержусь. Я всё понимаю. Либа она такая… что на неё трудно не обращать внимание. Тебе было бы лучше с ней, Семён. Намного лучше, чем со мной.
— Нет, — Минус покачал головой, — точно не лучше. Мне приятно жить с тобой. Просто у неё никого нет. Только старый Моисей. Ей плохо, хоть она и любит выделываться, что всё в порядке. Но если заглянуть в душу, то там… — и он тяжело вздохнул.
— Это ты умеешь… — Аня улыбнулась. — Давай собираться, по дороге поговорим.
Но по дороге особо не говорилось. Минус усадил Катю на руки и чувствуя, как Аня ласково прижимается, ехал молча. Он прикидывал, что делать дальше и не находил верного решения.
Во дворе особняка оказался открытый тёмный экипаж, с сидевшем на козлах парнишкой-евреем, который был взволнован не на шутку. Он быстро-быстро закивал головой, приветствуя Ильгиза, которого сразу узнал. Татарин удивлённо проговорил:
— Нет, ну что за вечер! Скажи, Хаги, а твои зачем сюда приехали?
— Не спрашивайте, — паренёк скривился. — если хотите что-то узнать, то говорите с мамой. Она обещала отрезать мне язык, если стану болтать.
Пока татарин ещё о чём-то толковал с пареньком, Минус вышел из ландо, держа Катю на руках. Он зашагал в сторону дома, как вдруг из беседки раздался знакомый голос:
— Я здесь. Идите пока ко мне. Дедушка занят.
Анна зашагала вперёд, не дожидаясь Минуса, который медленно брёл с сонной Катей на руках. Либа подвинулась, пропуская их внутрь, и заговорила:
— Извини меня, Аня. Я не хотела придать тебе проблем. Просто…
— У тебя всё хорошо? — голос Ани выражал беспокойство.
— Да. У меня да. — её голос задрожал, как только Минус подсел рядом. — Беллу украли. — произнесла она едва сдерживая слёзы. — За неё хотят пятьдесят тысяч. Её родители приехали к дедушке, чтобы занять их. Но у него нет сейчас столько дома. И банки закрыты, ведь поздно уже. Сейчас будут искать недостающую часть по родственникам.
— А полиция? — произнесла Аня и тут же вспомнила пристава, выходящего из дома.
Либа медленно заговорила:
— Не знаю. Я слышала разговор дедушки с тётей Ирис, хоть она и всё время плакала. Она сказала, что они с дядей Шетом ходили к Дорону. Это человек, которому платят, чтобы спокойно работать. Без налётов и тому подобного. Они хотели заплатить ему, чтобы он вернул Беллу домой. Но он не взял деньги… Он сказал, что не возьмётся за это.
Рука Либы в темноте подвинулась и изо всей силы сжала ладонь Минуса. Он тихо произнёс:
— Понятно. Это не его уровень. А что говорит твой дедушка?
— Он успокаивал тётю Ирис. Говорил, что деньги найдут и с Беллой всё будет хорошо. Они звонят сейчас родственникам, собирают деньги.
— А скажи, Либа, — Минус хмуро поглядел на неё. — Те люди, которые были тогда, как мы приехали, тоже приходили к её родителям?
Она молча закивала головой, всхлипывая. Аня подсела рядом и обняла её:
— Не плачь. Всё будет хорошо. Деньги найдут и её отпустят. Успокойся.
Минус мрачно раздумывая, смотрел на них. Катя уснула у него на руках и он старался не шевелиться. «Твою мать! — подумал Серёга. — Надо уезжать отсюда. Люди Ивана Николаевича… — вспомнил он тихий голос старого Моисея, — вот же паршивое дело…».
Раздался стук распахивающихся дверей и в освещённом проёме возникло несколько фигур, среди которых выделялась сгорбившаяся женщина. Оттуда донёсся плач и силуэты зашагали к экипажу. На пороге остался только Моисей и Меир, дворецкий. Либа вытерла слёзы:
— Пойдёмте к дедушке. И так сегодня его все расстраивают.
Старый Моисей тепло приветствовал Анну, бросив взгляд на сонную Катю, приоткрывшую на мгновение глаза:
— Я рад, что вы приехали, хоть и по такому поводу. Проходите внутрь. Меир, нужно закрыть ворота. Проследи, чтобы Ильяс сделал это.
Старик медленно пошёл впереди, направляясь в большой зал, обычно пустующий. Либа потащила Аню в одну из комнат, укладывать Катю спать. Минус тихо шагал за стариком и прикрыв за собой дверь, внезапно встретился взглядом с ним:
