Позже полностью

– Молодец, Чемпи… Джейми. Садись, пять. Но это было их единственное имущество, и потом, Бесс, Дэнни и моей племяннице Франсин надо было где-то жить. Бесс говорила, что кому-то из ее подруг пришлось поселиться в доме-автоприцепе. И кто, по-твоему, примчался на белом коне и помогал им выплачивать ипотеку за дорогущий дом с четырьмя спальнями?

– Наверное, вы.

– Именно. Вот тогда-то Бесс и перестала смотреть свысока на мои семьдесят тысяч в год. Но смогла бы я помогать сестре только с зарплаты, даже при всех сверхурочных? Нет, не смогла бы. Подрабатывая охранником в ночных клубах? Снова нет. Но я заводила знакомства, приобретала полезные связи, получала различные предложения. Определенные сферы деятельности устоят при любом кризисе. Например, ритуальные услуги. Коллекторский и ростовщический бизнес. Продажа спиртных напитков. И наркоторговля. Потому что и в добрые, и в недобрые времена людям хочется кайфа. И да, скажу честно, мне нравятся дорогие красивые вещи. И извиняться за это пристрастие я уж точно не собираюсь. Меня радуют красивые вещи, и я считаю, что заслужила хоть какую-то радость. Я помогала сестре сохранить крышу над головой, хотя Бесс гнобила меня столько лет, потому что она красивее, умнее и училась в университете, а не в муниципальном колледже, как я. И потому что она гетеро. – Это слово Лиз чуть ли не прорычала.

– А что случилось? – спросил я. – Как вы потеряли работу?

– Отдел внутренних расследований подловил меня на обязательном анализе мочи, к которому я была не готова. Не то чтобы они не знали с самого начала, но меня не могли просто так выгнать со службы после моего участия в деле Террьо. Получилось бы нехорошо. Поэтому они выждали какое-то время, и это, наверное, было умно, а потом прижали меня к стенке… или думали, что прижали… и попытались перевербовать. Обвесить «жучками» и заслать, так сказать. Прямо как в «Серпико». Но есть одна старая народная мудрость: стукачи кончают свою жизнь в канаве. И они не знали, что у меня есть туз в рукаве.

– Какой туз? – спросил я.

Да, считайте меня дурачком, но я и вправду не понял, о чем она говорит.

– Ты, Джейми. Ты мой козырной туз. И уже после Террьо я знала, что когда-нибудь мне придется его разыграть.

Мы проехали весь Ренфилд насквозь. Видимо, большую часть тамошнего населения составляли студенты, если судить по количеству баров, книжных магазинов и ресторанов быстрого питания, расположенных на единственной главной улице. Сразу за городом дорога сворачивала на запад, в горы Катскилл. Примерно через три мили Лиз свернула на площадку для пикников с видом на реку Уоллкилл и заглушила двигатель. Кроме нас, там больше никого не было. Лиз достала свой пузырек с особой смесью, секунду подумала и убрала пузырек обратно в карман. Ее пальто распахнулось, и я увидел еще больше пятен засохшей крови на серой толстовке. Мне сразу вспомнились ее слова об убитой в хлам носовой перегородке. Мысли о порошке, разъедавшем ее изнутри, были страшнее, чем любой «Пункт назначения» или «Пила», потому что это происходило на самом деле.

– Пора ввести тебя в курс дела, малыш. Тебе надо знать, чего ожидать и чего я жду от тебя. Вряд ли мы расстанемся друзьями, но, может быть, нам удастся расстаться относительно по-хорошему.

Что-то я сомневаюсь. Вот еще одна мысль, которую я не высказал вслух.

– Если хочешь понять, как все устроено в наркобизнесе, смотри «Прослушку». Там действие происходит в Балтиморе, а не в Нью-Йорке, но от места действия суть не меняется. Это пирамида, как и любая организация, где крутятся большие деньги. В самом низу пирамиды стоят толкачи, уличные торговцы. Обычно это совсем молодые ребята. Если кто-то из них попадется, его судят как несовершеннолетнего. Сегодня ты на суде по семейным делам, завтра снова на улице. Торговцы постарше и рангом повыше работают в клубах – где меня и завербовали, – над ними стоят толстосумы, которые закупают большие партии по оптовым ценам. – Она рассмеялась, и я снова не понял, чего здесь смешного. – Еще выше стоят поставщики, младшая администрация, бухгалтера и юристы, а на самом верху – уже самые большие боссы. Все уровни пирамиды изолированы друг от друга, во всяком случае, так должно быть в идеале. Те, кто в самом низу, знают только свое непосредственное начальство. Те, кто находится посередине, знают всех, кто под ними, но из вышестоящих знают лишь тех, кто на уровень выше. Со мной было иначе. Я была за пределами пирамиды. За пределами… э… иерархии.

– Потому что вы были курьером. Как в том фильме с Джейсоном Стэйтемом.

– Да, типа того. По идее курьер должен знать только двух человек: того, у кого забирает товар в пункте А, и того, кому отдает товар в пункте Б. Получатели в пункте Б, крупные оптовики, уже сами спускают товар вниз по уровням пирамиды вплоть до конечного пункта назначения, то есть до потребителя.

Вот опять пункт назначения. Меня явно преследовала эта фраза.