– Я ведь курьер. Вот бы существовал и жизненный прогноз. Что-то вроде такого: в течение нескольких дней ожидаются ливневые дожди, но на следующей неделе солнечно. Или завтра будет пасмурно, без осадков. Мне бы хотелось знать, что холодные и душные дни скоро пройдут.
– Да, было бы здорово!
Ёнхи наблюдал за каплями дождя за окном. В этот момент в его сердце зарождался огонек. Он разгорался и превращался в слова. Привычный сдерживать его, сегодня Ёнхи этого делать не стал. Ярко-красный огонь выливался в поток слов, предложений и фраз. Чиын ясно видела перед собой измученное алое сердце, но молчала.
Немного замявшись, Ёнхи сел позади Чиын, которая стояла перед стиральной машинкой.
– Иногда жить труднее, чем умирать.
Чиын обернулась. Все верно. Говорят, нужно жить, обладая смелостью умереть. Но как это понять, если ты никогда не умирал? Сколько нужно смелости, чтобы жить дальше? И жить счастливо. Чиын, прожившая множество жизней, разделяла его тревогу. Она кивнула. Иногда взгляд или жест способен заменить тысячи слов. Ёнхи почувствовал ее теплоту и поддержку.
– Конечно, хотелось бы знать, сколько еще сил нужно приложить. Жить в неведении трудно.
– Даже вам? Такому прекрасному человеку, у которого все есть?
– А похоже, что у меня все есть?
– Да.
– Вам кажется. У человека может быть все, а может – совсем ничего. Но разве счастье в этом?
– Не знаю.
– Жизненные силы не связаны с потреблением и обладанием. Это скорее способность бороться с грустью или хвалить себя за прожитый день.
– Было бы специальное заклинание…
– Кстати, я раньше даже об этом не думала. Думаю, стоит изучить этот вопрос, – загадочно ответила Чиын.
Благодаря ее задору Ёнхи окончательно ей доверился. Пятна на футболке стали отчетливее и больше.
Заметив это, он сказал:
– У меня есть старший брат, Ёнсу. Вторым ребенком родители хотели дочку, поэтому и назвали меня Ёнхи – чаще всего им называют именно девочек. Я не оправдал их надежды уже при рождении. Вся моя семья – неординарные люди, а я неудачник. Учился плохо, одноклассники надо мной издевались. И даже когда били, я не решался рассказать об этом родителям, боялся их разочаровать. Вдруг они стали бы стыдиться меня. Я ведь не такой, как брат. Непросто мне как-то жилось.
Бывает, боль настолько сильна, что мы даже не в силах заплакать. Сдерживая слезы, Ёнхи спокойно рассказывал о своем прошлом:
– Я думал, что как-то дотяну до старших классов, но не смог и бросил школу. Родители, конечно, были против, но, не поступи я так, поубивал бы всех хулиганов. Экзамены я сдал заочно, аттестат о среднем образовании мне тоже выдали. В день, когда я попрощался со школой, мне вспомнился один эпизод из книги – как главный герой идет на вокзал и просит билет на ближайший поезд. Наверное, именно он и придал мне смелости: я, последовав его примеру, собрал вещи и оказался здесь, в Мэриголде. В округе меня никто не знал, здесь было тихо и спокойно. Никакой тебе школы и никаких издевательств одноклассников. Родители просили меня вернуться, даже несколько раз присылали знакомых, но я не соглашался.
Чиын взмахнула рукой, приглушила яркость освещения – так ее гостю будет комфортнее. Слушала Чиын внимательно и спокойно, тем самым все больше вселяя уверенность в своего собеседника.
– Полгода я бродил по берегу моря и местным улочкам, с самого утра и до позднего вечера, давая себе лишь короткие передышки. Так я очень быстро выучил всю округу. Однажды я увидел объявление, что ищут курьера, и стал местным посыльным.
– Не тяжело работать?
– Физически – тяжело. Но люди с благодарностью стали относиться ко мне, и я впервые почувствовал себя нужным. В школе меня обижали, а дома мне без конца ставили в пример брата… Так я и живу здесь по сей день, занимаюсь доставкой. И тут еще повстречал вас.
– А от каких пятен вы хотите избавиться?
– Я долго думал об этом. Почувствовав себя нужным, я стал другим человеком. Но почему нам необходимо признание других, чтобы чувствовать себя полезным? Родные разочаровались во мне, так как я не соответствовал их ожиданиям. У меня ни разу не нашлось смелости пожаловаться им на то, что меня обижают в школе. Мне казалось, все дело во мне, мол, это со мной что-то не так, отсюда и все беды. Я хочу стереть из памяти все дни бесконечных самоупреков и поисков признания окружающих. И еще свою одержимость временем, которую по наследству получил от семьи.
– Вот, значит, почему вы все время смотрите на часы? Нелегко вам пришлось.
– Уже можно класть футболку в машинку?
Выговорившись, Ёнхи снял ее и встряхнул. Два взмаха руки Чиын, и красные лепестки легко подхватили одежду и отправили в барабан стиральной машинки. Если душу и возможно очистить, то, наверное, сейчас именно тот момент. Ёнхи завороженно наблюдал за происходящим.
– Вы через многое прошли, и даже сегодня, – заговорила Чиын. – Но давайте с завтрашнего дня вы больше не будете терпеть, а начнете жить с улыбкой на лице и понемногу научитесь радоваться происходящему. Терпеть – это неплохо, но, если делать это всегда, в конце жизни останутся лишь тягостные воспоминания.
