– При нас нет, – от неожиданности так же быстро ответил Крис.
Михаил Аркадьевич твёрдо посмотрел на него.
– Почему вы не хотели, чтобы я знал это?
– Ну, – Крис почувствовал, что больше отступать и уворачиваться нельзя. – Ну, все беляки всё равно друг друга стоят. У них свои… игры. Простите, сэр, но это так.
– А доктор Аристов? А другие врачи? Вы же знаете, что это не так, Крис.
– И так, и не так, сэр, – запутавшись, Крис безнадёжно махнул рукой. – Я не буду вам больше ничего говорить, сэр. Я не знаю, кого я подставлю.
– Никого. Обещаю вам, – серьёзно сказал Михаил Аркадьевич.
Крис недоверчиво посмотрел на него, пожал плечами.
– А что вы хотите знать, сэр.
– Всё. Ну, хотя бы… слова Слайдеров о нём подтвердились?
– Да, сэр, всё так и есть. Он сам нам сказал, – Крис невольно оживился, забыл о своих страхах. – Мы ведь думали, год проживём, не больше. А он пять лет уже прожил, скоро шесть будет, и здоровый. Не болит у него ничего. И значит… значит, и мы жить будем. И после двадцати пяти будем.
– Понятно, – кивнул Михаил Аркадьевич. – Рад, правда, рад и за парня, и за вас. Значит, у него всё хорошо?
Крис возмущённо посмотрел на Михаила Аркадьевича.
– Как же! Жену убили, брата убили, дочку чужим людям отдал, всё, что имел, потерял, да ещё… Чего ж тут хорошего?
– Извините, Крис, я же не знал. Это в Хэллоуин, так?
– Да, – кивнул Крис. – Там, ну, где он жил, большие бои были.
– А город он не назвал?
Крис пожал плечами.
– Да нет, вроде.
Михаил Аркадьевич задумчиво покивал.
– Ну, что же, это, конечно… Да. А зачем его привозили?
– Попугать, наверное, – хмыкнул Крис. – Нас всегда врачами пугали.
– И вы боялись? – весело удивился Михаил Аркадьевич.
– Я хороших врачей только здесь и увидел, – угрюмо ответил Крис и вдруг решился: – Он хороший парень, сэр, может, можно…ну, спасти его? За что ему расстрел?
– А почему вы решили, что его расстреляют? – удивился Михаил Аркадьевич. – Есть такое понятие. Самооборона. Если установят, что он только защищался, то его отпустят.
Крис смотрел на него с такой надеждой, что Михаил Аркадьевич невольно улыбнулся.
– Да-да, это так. Можете мне верить.
– А… кто это будет устанавливать?
– Следователь.
– Ну, – сразу погас Крис. – Этот не отпустит. Он, если бы мы вокруг не стояли, так здесь же и шлёпнул его.
– За что?!
– Не знаю, сэр. Только он зло на парня держит. Увёз, а куда… в Овраг, наверное.
– Ну, не думаю, – задумчиво сказал Михаил Аркадьевич. – Давайте ещё поговорим об этом парне. Чтобы ему помочь, мне надо знать о нём как можно больше. Иначе как я его найду?
– Понятно, – кивнул Крис. – Он индеец, с номером, как все мы, шрам на щеке, – нахмурился, припоминая, – на правой. Ещё что…
– А имя, фамилия… Есть они?
– Фамилия… это у доктора Юры, наверное, записано. Да, он говорил. Мороз.
– Мороз? – удивился Михаил Аркадьевич. – Это же русская фамилия.
– А у него и жена русская, – улыбнулся Крис. – И брат.
– Удивительно! Они, что же, из угнанных?
– Про жену не знаю, а про брата он говорил, что тот лагерник.
– Совсем интересно!
– Да, мы тоже не поверили, но он сказал, что видел его номер.
– Поподробнее можно?
Михаил Аркадьевич попросил так жалобно, что Крис невольно улыбнулся.
– Что знаю, расскажу.
Уже около полуночи дверь номера открылась. Гольцев с порога быстро одним взглядом охватил стандартный гостиничный люкс, бутылку коньяка и три рюмки на столе и двух приветливо улыбающихся ковбоев, встававших ему навстречу.
– Привет, – улыбнулся Гольцев, проходя к столу. Вытащил из кармана и поставил на стол бутылку водки.
Быстрый обмен рукопожатиями. Фредди подошёл к двери и открыл её. Коридорный вкатил в номер двухэтажный столик и стал накрывать. Гольцев не смог не оценить: минуту назад коридор был пустынен. Накрыв на стол, коридорный пожелал приятного аппетита и исчез. И, поглядев в настороженные глаза радушно улыбающегося Джонатана, Гольцев решил созорничать.
– Мы что, шить собрались?
Джонатан и Фредди быстро переглянулись, и Фредди осторожно, словно пробуя, угадает ли, в чём суть шутки, ответил:
– А в чём проблема?
– Да не пойму, напёрстки зачем на столе? – невинным тоном ответил Гольцев.
Джонатан облегчённо рассмеялся и подошёл к бару. Достал и поставил на стол высокие стаканы с толстым дном.
– Я с работы, – предупредил Гольцев. – Так что, кто как хочет.
– Без проблем, – кивнул Фредди.
Какое-то время ели молча. Джонатан разглядывал жёсткое замкнутое лицо русского. Хотя… это просто усталость. И огромное напряжение, в котором тот живёт. И рассматривая, натыкался на такой же внимательный, но без недоброжелательности взгляд. Потом несколько несущественных замечаний о еде, о выпивке… У русского помягчело лицо, улыбка стала естественной.
– Тяжело пришлось, – очень просто сказал, не спросил Фредди.
Гольцев усмехнулся.
– На войне легко не бывает. А это всё ещё война. Ещё что узнали о парнях?
– Да всё то же. Эндрю убит.
– Точно?
– К сожалению, да.
– Видели труп? Опознали?
– Шесть головешек и которая из них? Ты что, Алекс?
Гольцев кивнул.
– Понятно. А Эркин, значит, арестован, так?
