Выслушав ее, Мариус грустно усмехнулся и перевёл взгляд на Фину, которая удивленно пожала плечами.
— Она не лжёт, Мари. Тут что-то ещё.
— Да знаю… И с этим нет времени разбираться. Ты показала себя достойным воином, леди Лана. Но я не буду сводить с тебя глаз. Пять минут на отдых, и мы выступаем. Шлюха не должна скрыться. — ответил воитель.
«Харгранская Шлюха, Королева Проклятых, ох и любят же тебя здесь, Ульма. Это и есть твой “Старый Мир”, о котором ты упоминала в своих рассказах? Если так, то насколько он “стар”? И зачем тебе эти артефакты, которые ты ищешь?» — мысли у девушки были невесёлые. Ей не верилось, что подруга, спасшая ей жизнь, была полным чудовищем.
«Мне нужно докопаться до правды».
***
Дальнейший путь через пылающий город был простым. Даже вездесущие мелкие твари, которых чуяла Лана, оставили их в покое. Как будто кто-то или что-то дало им приказ пропустить странников. Лана сознательно ограничивала свой диапазон эмпатии, отдаляя момент встречи с Ульмой. Её тяготили сомнения, каждое из которых могло привести к непоправимой ошибке. В конце концов девушка судрожно выдохнула горький воздух.
«Пусть будет так. Да, пусть будет!» - решила она, сжав рукоять меча, указывающего ей путь.
Мариус и Фина ехали на его скакуне молча, каждый из них был погружён в собственные сомнения. Возле городских ворот по знаку Фины они свернули в проулок, который вывел их в сад. Он почти не пострадал от буйства пламени, пожирающего предместья, но полностью преобразился. При свете луны и отсветах далёкого огня, около небольшого пруда, прислонившись спиной к засохшему, выточенному из обсидиана дереву, сидела она.
Алые волосы ниспадали на иссиня чёрную броню, словно сделанную из странной кости. ОНА была ранена и покрыта кровью, казалось, она спала. Лана глубоко вздохнула и потянулась к ней своими чувствами, заметив это, ОНА открыла глаза, и их взгляды встретились. Изумруд и аметист блеснули во мраке ночи искрами Воли. Кромешное отчаяние, одиночество, затаённое, нестерпимое чувства вины и немыслимая усталость, которую не суждено было выдержать людям. Лана выдохнула. Решение, что делать дальше, пришло само. Нет, Ульма не наслаждалась этой резнёй, хотя, вероятно, и стала её причиной.
Опёршись рукой о дерево, Алая Ведьма поднялась на ноги, с насмешливой кривой улыбкой встречая гостей. Фина недоумённо нахмурилась, Дева Меча не чувствовала от Харгранки угрозы или злой воли. Молчание прервал Мариус, выхвативший клинок.
— Слишком долго длилось твоё существование, Харгранская Шлюха. Мы пришли положить ему конец! — пророкотал воин, осторожно оглядывая тени в углу сада. Но Лана знала, чувствовала: Ульма была здесь одна. Она пришла сюда лишь с одной целью. Наконец умереть.
— Во имя… Кого ты там почитаешь? Воздаяние? Мариус, избавь меня от своих гневных тирад и давай уже перейдём к делу. — закашлившись и исторгнув из себя комки крови, прохрипела “Харгранская шлюха”.
— Желаешь поскорее умереть? — хмыкнул воин, ему не нравилось спокойствие Проклятой, и он подозревал ловушку, потому не хотел торопиться.
— Последние двести лет. И сейчас, наконец, у меня представился такой шанс. — с алой пеной на тонких губах, просто и без утайки ответила Алая Ведьма — Я противилась воле господина, когда он приказал мне убить твою спутницу. Его пугает та Третья Сила, что за ней стоит. Так что я его подвела, и он наконец решил меня выбросить, как сломанную игрушку, — Проклятая попыталась улыбнуться, но снова исторгла кровавый кашль.
— Значит, ты просто покорно подставишь горло под мой клинок? Как-то не верится, Харгранка, что всё будет так просто, — прорычал рыцарь, делая шаг вперёд.
— К сожалению, не могу. У меня всё ещё есть его последний приказ. Убить это дитя, — Ведьма на миг дрогнула и кивнула в сторону Фины.
Лана молча заслонила спутницу собой. Сломленность и покорность Ведьмы её пугали. Что ей пришлось здесь пережить и почему она не узнает её? Из-за изменившегося лица? Или дело вовсе в другом?
— А я считаю, что это ловушка, а твой господин сейчас где-то неподалёку, — руки Мариуса охватило золотое сияние, плавно перетекая на его клинок.
— Я же сказала. Меч этой девчушки его пугает. Он не явится, пока она жива, и раз он решил меня вышвырнуть, то избрал другой инструмент, чтобы…
После этих слов в голове Ланы сложился очередной сломанный пазл. Очередной дурацкий и безрассудный план, которые так ненавидел Айр. Решение было принято; его рядом, чтобы отговорить, не было и всё стало не важно, Деву Страсти подхватила азартная злоба. Сделав шаг вперёд, воительница взмахнула рукой, грубо тыкнув пальцем в харгранку.
— Ульма Кроу! Ты должна искупить свои грехи! — её громкий голос прервал монолог Ведьмы. Она удивлённо повернулась в сторону Ланы.
— Мои грехи? — хриплый, похожий на карканье смех вырвался из её горла, — И как ты себе это представляешь? У меня на руках кровь десятков тысяч! Целых поколений. Как такое можно искупить?
