Всего в паре метров от них к десантированию готовились Абараи, Старрк, Хирако и Мугурума. Откуда-то со стороны слышался голос Шибы, собиравшего свою группу. Посреди общей пещеры уже формировалось кольцо из духовных частиц — сенкаймон.
— Почему вы идете первыми? — все же не удержался Бьякуя. — Что, некого больше послать?!
Ичиго посмотрел на него серьезно и кивнул. Улькиорра мазнул по Кучики холодным взглядом и процедил сквозь зубы, что они вообще-то десант, это их работа, если кто не знал. Куросаки примирительно улыбнулся:
— Мы хорошо сработанная и подготовленная группа быстрого реагирования, а сейчас как раз такой случай. Не волнуйся, нас этому учили. И сам на рожон не лезь, а то знаю я тебя. И, ради Великих, сходи за броней! Давай же, ну! — он развернул Бьякую и легонько шлепнул пониже спины, придавая ускорение. Когда возмущенный и смущенный Кучики обернулся, чтобы высказать все, что он сейчас подумал о наглых сопляках, в мареве телепорта виднелась лишь рыжая коса замыкающей Иноуэ.
А еще через пару минут и сам Бьякуя уже стоял на гранитных плитах королевского дворца в Сейретее, и вокруг него плавились под лазерными лучами старинные барельефы, пахло паленым мясом, орали сотни глоток и было не разобрать, кто где и что происходит. Хвала Великим, Сопротивление додумалось все же одеть бойцов в униформу, иначе у многих были все шансы попасть под огонь своих же. Ко всеобщему удивлению, особенного отпора нападающие не встретили. Редкие рядовые квинси, попадавшиеся в запутанных переходах, палили по незнакомцам не столько в попытке отбиться, сколько от истерической растерянности. Вскоре выяснилось, что и беспорядочная пальба по прибытии велась не охраной дворца, а встроенной автоматической системой обороны, среагировавшей на несанкционированное проникновение. Несколько удачных выстрелов в нужные точки разрушили целостность контура — и Сопротивление получило возможность беспрепятственно рассредоточиться по всему зданию.
В задачи боевых групп входило нейтрализовать любого встречного, захватить коммуникационный центр и рабочие кабинеты правительства, взять в плен верхушку Вандеррейха, прибывшую с Яхве Бахом и столько лет водившую весь Нихон за нос, и не допустить прихода подкрепления в виде патрулирующих город нарядов.
Встретивший сопротивленцев Кёраку радостно сообщил, что урожденные нихонцы, служащие сейчас в Готее, все предупреждены и полным составом выступают за свержение квинси. Зараки и Комамура в городе, контролируют ситуацию; Куроцучи, испугавшийся расправы со стороны бывших сослуживцев, пытался бежать, но был задержан; Сой Фон найти не удалось, а вот ее лейтенант первым прибежал сдаваться, приволок два мешка рабочих планшетов, нашпигованных секретными данными, и всячески демонстрирует готовность к сотрудничеству. Из квинси под стражу взяты Лилье Баро́, Аскин Наклевар и Жерар Валькирия, погибли Пернида и Вейзоль, Эс Нодт исчез. Также оказалось, что собственно штурм случился не столько из-за провокационной свадьбы Абарая и Рукии, сколько из-за внутренних разногласий среди Вандеррейха.
Это была самая нелепая боевая операция за всю историю Готей-13, основанная и разработанная на самых нелепых предпосылках, вопреки здравому смыслу и закону вероятности, завершившаяся победой. Пока на Саяне высчитывали время, которое потребуется захватчикам, чтобы сообразить, с чего это в официальных сводках появляются имена погибших офицеров, и предпринять логичные и оперативные меры, в королевском дворце Сейретея шла своя подковерная возня. Разработчик хитрого устройства, запускавшего псевдовитальные функции давно покойного Императора в случаях необходимости, Наклевар рассорился с идейным вдохновителем этой авантюры — Эс Нодтом. Когда попытались призвать в третейские судьи главнокомандующего Хашвальта, найти его не удалось. Мерзко ухмыляясь, Нодт утверждал, что Юграм встанет на его сторону, а всяческим инженеришкам нечего мечтать заполучить денег больше, чем они могут унести в дырявом кармане. На эти слова бурно отреагировали все верховные квинси, внезапно прозревшие и обнаружившие, что это они служат памяти Императора за идею и скромное жалованье, а кое-кто еще и золото с этого имеет, причем немалое его количество. Нодт презрительно фыркнул и удалился, зато как-то почти сразу нашелся Хашвальт, который действительно вступился за наглого манипулятора и всех послал в неприличные места. Высший состав Вандеррейха поворчал, но смирился и уже почти разошелся, когда Юграм Хашвальт вдруг пошел волнами, затем с него посыпались битые пиксели — и голограмма развалилась, явив изумленной публике… все того же Эс Нодта!
