В августе 1911 года он поступит в Оренбургскую первую мужскую гимназию, где проучится семь лет «при отличном поведении». 21 июня 1919 года Георгий получит аттестат зрелости, выданный ему на бланке Оренбургского учебного округа Министерства народного просвещения. Гимназию он закончит почти с отличием, только по немецкому языку покажет «хороппя» знания.
Как будет указано в одной из его анкет, в том же 1919 году он добровольцем ушел в поход с красноармейской кавалерийской бригадой. Сохранившееся фото, сделанное непосредственно перед этим событием, пожалуй, не дает оснований сомневаться в добровольности решения, принятого вчерашним гимназистом, – заснятый в новенькой униформе в компании друзей, он всем своим видом демонстрирует сосредоточенную решимость идти в «последний и решительный бой».
Через короткое время Маленков – уже учитель при культурно-просветительном отделении Политотдела 3-й Туркестанской кавалерийской дивизии 1-й Революционной армии. Об этом свидетельствует сохранившееся удостоверение, из которого мы узнаем, что в обязанность ему вменялось «принять все меры по организации в частях дивизии грамотности всех ступеней». Молодой «учитель» получил право подбирать себе помощников из числа «местных педагогических сил» и из состава полка по своему усмотрению. Все сельские и волостные власти обязывались обеспечивать его передвижение, предоставляя для этого подводы. В январе 1920 года его приняли кандидатом в члены РКП(б), а 10 апреля он стал ее полноправным членом. Учителем красных бойцов Георгий пробудет около года. 29 сентября 1920-го он получит удостоверение, которое ему выдаст Политический отдел 1-й бригады все той же 3-й Туркестанской кавалерийской дивизии, о том, что теперь он – инструктор-организатор организационно-агитационного отделения Политотдела. Как видим, важность идеологической мотивации и мобилизации военнослужащих на выполнение поставленных задач большевики поняли очень рано. Именно поэтому уже в годы Гражданской войны в Красной армии будет действовать разветвленный пропагандистский аппарат, активным и успешным представителем которого и стал Маленков. На него возложили руководство политической работой: устройство митингов, собеседований, чтение лекций, инструктирование и организацию партийных коллективов, контроль за работой агитаторов и их инструктирование и даже организацию ревкомов в местностях, освобождаемых «от белых басмаческих банд». Перечень прав и обязанностей, возложенных на молодого беспартийного бойца, не может не впечатлить. Ясно, что он зарекомендовал себя с наилучшей стороны – и с идеологической, и с организаторской точки зрения. Изменения коснутся не только содержания его работы и статуса, но и способа передвижения – оказывать ему содействие в передвижениях теперь обяжут железнодорожное начальство. Надолго на уровне кавдивизии Маленков не задержится. Уже в январе 1921 года он стал инструктором Политуправления Реввоенсовета всего Туркестанского фронта. Как будет вспоминать впоследствии сам Маленков, последние месяцы своей военной биографии он проведет «в агитпоезде Политуправления Туркфронта». В это время ему придется поработать и редактором газеты «Красный путь».
