Артур не понимал, почему генерал не отводит свои войска. Он позволил окружить себя, и с тех пор вот уже несколько часов просто наблюдает, как медленно редеют его легионы. Орда серебряных эльфов таяла намного быстрее, конечно, но всё ещё их бесчисленные толпы тянулись до самого горизонта. Исход был очевиден.
Артур нахмурился. У него снова появилось то самое неприятное чувство, которое одолевало его тогда, возле Векты — чувство, будто он что-то проглядел, будто у башни, которую он выстроил, украли одну единственную деталь, и теперь было только вопросом времени, когда она развалится.
Прибежал Мерзел с докладом. Артур обернулся к нему и вдруг резко обратился к городу. Глаза юноши резко почернели.
…
…
…
Алдан наблюдал. Его воинов пожирали бешеные руки; с них сдирали латы, их душили, давили, вырывали им глаза и съедали их в приступах безумия — он наблюдал. Серебряных эльфов, которых он жалел, чьи тяготы понимал лучше любого другого дворянина, тех, кому он сочувствовал, разрезали на куски. Перед лицом огромной секиры мужчина или женщина жили всего пару секунд, а потом они распадались, и вот уже это был не мужчина, это была не женщина, но огромные, склизкие куски мяса. Алдан наблюдал.
В этом был его генеральский долг.
Он покосился на солнце — стоял полдень. Оставалось совсем немного. Мужчина повернулся к воротам. Их заградили густые ряды восставших — легионе окружили. Но вот ворота открылись, и словно раскалённое золото влили в чашу сверкающей воды. Загремел шум. Засвистели стрелы. Огромное, беспорядочное войско вывалилось из ворот и врезалось в ошарашенных рабов. Острый клин пронзил их ряды. Сверкали драгоценные, гравированные клинки. Хлестали о ветер роскошные дорогие плащи.
Всё это было уродливо, но сейчас Алдан не мог испытывать отвращения.
На помощь войску пришли горожане.
Их было больше двадцати тысяч взрослых, боеспособных золотых.
Они питали жгучую ненависть к восставшим рабам. Ненависть могла заменить дисциплину.
Алдан задумчиво кивнул и взглянул в подзорную трубу на холм, на котором стоял рыжий юноша.
Алдан кивнул.
И ухмыльнулся.
133. Рассуждение
Время релятивно. Артур понимал это прекрасно, ведь в некотором смысле он был мастером над временем. Третье перерождение тоже сыграло свою роль. После него юноша научился чувствовать время во всём его многообразие, а не только в сию минуту.
Время релятивно.
И временами его релятивность проявляется особенно ярко. Граница мозолит глаза. Контраст сбивает с ног. Вот, сейчас был как раз такой момент.
Секунду назад юноша спокойно наблюдал за битвой и ожидал единственного возможно результата, а именно полного уничтожения легионов Алдана, или, если бы Алдан решил отвести свои легионы… Но да что там могло быть уже не важно. Не время о таком. Времени вообще чрезвычайно мало.
Горожане вступили в битву. Яркие, сверкающими драгоценным фамильным оружием, кричащие боевые клики, похожие на ряженых павлинов — они вступили в битву и переломили её ход в пользу Алдана.
Килограмм перьев всегда будет весить больше пятисот грамм стали. Но если добавить ещё пару золотых слитков, весы могут склониться в другую сторону.
Мгновения назад победа была неизбежна. Теперь неизбежным было поражение. Артур понимал это прекрасно. Понимал он, что и смерть Алдана сейчас не поможет. Врагов было слишком много. Юноша потерял подавляющее преимущество в количестве.
Теперь нужно было срочно что-то придумать. Артур поднял руку, показывая, чтобы Мерзел молчал, и погрузился мысли. В какой-то момент взгляд его обратился на город. Юноша глубоко вздохнул и едва не заговорил, но потом вспомнил что-то и промолчал.
Ему надоело обращаться к Джозефу; к тому же скорее всего он не ответит. Артур не мог не признавать, Джозеф больше всех в мире, или даже в двух мирах, знал о природе Вечного Древа. Он изучал его уже очень давно. В этой сфере Артур не мог с ним сравниться. Поэтому юноша был не уверен, что его план сработает. Совет Джозефа был бы сейчас полезен. Но Артур решил, что чем его спрашивать, вернее будет положиться на удачу.
Юноша сказала пару слов Мерзелу, оставил ему копьё, заряженное немного манной, чтобы он мог пулять в небо фейерверки и отдавать таким образом приказы, и спрыгнул с обрыва. Аркадию юноша оставил охранять Мерзела.
Без командира войско посыплется моментально.
Юноша стал невидимым и пробрался за городские стены. Теперь город действительно пустовал. В прилегающих к стенам районах расположились семьи, жёны и дети горожан, которые вышли на бой. Артуру пришла в голову интересная задумка: он мог тайно провести сюда отряд и напасть на них, взять в заложники, посеять смуту среди врагов… Золотые эльфы не будут так рьяно сражаться, когда под угрозой буду жизни их родных.
Артур подумал и покачал головой. Идея была хорошая, но шла наперекор его первоначальному плану. Юноша решил оставить её как запасной вариант — кстати, они всегда полезны. Правда, чтобы у него был хотя бы шанс воспользоваться запасным планом, нужно было спешить. Артур призраком помчался по пустынным улицам.
*********
