Она думала о том, как причудливо складываются человеческие судьбы. Одним людям по каким-то неведомым кармическим законам достается многое, а другие, чтобы получить хоть малость, должны каждый раз преодолевать все новые и новые препятствия, карабкаться на усложненные уровни жизненного квеста… Елена вспоминала Глеба. Кем он был в ее жизни? Любила ли она его по-настоящему? Как выяснилось, она и не знала никогда настоящего Глеба. Получается, она, взрослая женщина, была влюблена в придуманный ею же самой образ? «Чертовы романтические книги…» Елена впервые в жизни пожалела о том, что так много читала. Литература, конечно, способствует тому, что человек учится тонко чувствовать, но придуманные сюжеты и образы, впитанные в детстве, могут сбить прицелы в реальной жизни. И прекрасный принц превратится в чудище, а совсем не наоборот.
А Петр? И его она так и не узнала и не поняла. Самый близкий человек к Глебу, доверенное лицо и надежный партнер, серый кардинал, который годами обворовывал своего босса – друга… Зависть, мужские амбиции, человеческое эго – безумный коктейль из человеческих пороков, который полностью поглотил такого правильного и обстоятельного Петра. Елена вздохнула. А Артур? Непризнанный гений, человек, способный стрелять в себя… и промахнуться… А потом спасти единственную женщину, которую любил и любит до сих пор. Благородный рыцарь или шут гороховый, лицедей, всю жизнь посвятивший борьбе с ветряными мельницами – своими творческими демонами? Бесстрашный герой, который сделал все, чтобы отвести беду от своей жены… «Не понимаю… Ничего не понимаю… Как в одном человеке смогли ужиться такие противоречивые черты?»
Елена вздрогнула от звонка. Петр.
– Да, Петь, – она включила громкую связь.
– Леночка, привет, ты сидишь? – Его голос был непривычно загадочен.
– Петь, я в машине, не томи. – Она не любила интриг.
– Я только что говорил с адвокатом. Он вышел от Глеба.
– И?… – напряглась Елена.
– Глеб хочет уйти в монастырь. – Петр пытался говорить беспристрастно и спокойно.
– Куда?! – Елена подумала, что ослышалась.
– В монастырь. Ну не сейчас, конечно, а после отсидки…
– Ну, за это время все еще может поменяться. – Она совсем не понимала, как реагировать на новость.
– Вряд ли. Глеб принимает решения быстро и окончательно. Но это не главное. Он дарит все акции «Бегемота» тебе. С условием, что ты передашь их ребенку по достижении 18-летия. – Петр говорил быстро, будто хотел вместить в эти минуты разговора слишком многое, то, что охватывает годы, а не моменты.
– О, какое благородство… – Елена растерялась. – Петь, тебя это не настораживает?
– Леночка, я научился мыслить как Глеб. Если он уходит в монастырь, то мирское его перестает интересовать. Но и это не главное. Возможно, он искренне раскаивается и хочет загладить свою вину перед тобой и будущим ребенком.
– Вряд ли, – Елена интуитивно, по-женски, почувствовала подвох, – но будем наблюдать…
Разговор закончился. Наблюдать… Что еще ей оставалось… Она поняла, что совсем не разбирается не только в мужчинах, но и в самой себе. Бывшая детдомовка, которая управляет одной из крупнейших корпораций в стране… И ведь справляется… Могла ли она мечтать о том, что будет сейчас жить именно так, как живет…
Елена набрала другой номер.
– Леночка, я наблюдаю за тобой из окна, ты почему не уезжаешь? – Голос Артура был тихим и, как ей показалось, нежным.
– Артурчик, у меня для тебя потрясающая идея сценария. Слушай!
Елена рассказала Артуру о намерениях Глеба уйти в монастырь, о его желании подарить акции ей и ребенку и даже о своих мыслях, что она ничего не понимает ни в людях, ни в жизни.
Артур внимательно слушал ее. Не перебивал. После того как Елена закончила свой монолог, он сказал ей всего лишь несколько фраз:
– Леночка, все это важно. Но сейчас гораздо важнее другое. Я заварил мятный чай. Твой теплый плед ждет тебя в кресле. И я жду тебя. Иди ко мне.
Елена еще несколько минут посидела в машине. Было уже поздно. Она повернула ключ зажигания, открыла дверцу и вышла из автомобиля.
