Впервые он появился в баре задолго до всей этой истории. Но после того как я познакомилась с Максом, он приходил еще несколько раз. И получается, что тогда уже был в курсе всего происходящего. И папка с досье, похоже, предназначалась именно ему. Макс сказал: ”Не обижайся на Криса”. Да и как можно обидеться на принца? Но во мне, вопреки всему, поднялась волна злости. Кто еще обманывал меня все это время? Кто скрывался под маской моих знакомых? Людей, которым я, так или иначе, доверяла.
Крис улыбнулся мне, как старому другу, а я, сложив руки на груди, прищурилась и спросила, добавив в голос побольше яду:
— Или как мне лучше к вам обращаться, принц Кристиан?
— Не будем нарушать сложившуюся добрую традицию, называй меня Крис, мне это нравится. Конечно, когда никого, кроме Макса нет рядом.
Конечно. Даже и не знаю, воспользоваться ли столь щедрым предложением.
— Кстати, позволь представить, — продолжил он, указывая на Макса, — мой друг и помощник.
Я посмотрела в черные глаза лжесыщика. Значит, помощник принца, это многое объясняло, но для меня совершенно не оправдывало.
— Вот как, — протянула я, прерывая затянувшуюся паузу, — и какого черта ты притворялся сыщиком?
Макс как-то грустно усмехнулся:
— По образованию я — следователь высшей категории, так что формально — не притворялся.
— То есть вот так это выглядит в твоих глазах? И ты считаешь, я должна это проглотить?
Он вздохнул:
— Сана, я не сказал всей правды, но на это были причины.
— Какие же?
Крис — или все же его высочество — не дал ему ответить.
— Мне очень жаль, что в ваших отношениях не все гладко, но об этом вы можете поговорить потом.
Я впилась в него недобрым взглядом и не очень вежливо спросила:
— А о чем мы будем говорить сейчас?
Но принц, будто ничего не заметив, спокойно ответил:
— Обо всем. Я обо всем тебе расскажу. Подробно, и ты сможешь задать все интересующие тебя вопросы.
Вопросов у меня было много. Но еще больше ругательств крутилось на языке. Все это было похоже на какой-то фарс. Принц, пьющий бренди в баре, его помощник, притворяющийся сыщиком, досье, билеты в Оферхолм, руки убийцы на моей шее и, наконец, резиденция. Калейдоскоп каких-то невероятных событий. Во что превратилась моя жизнь? И когда это все закончится?
Я молчала, потому что грубить принцу, пусть даже он просил называть его по имени, было бы большой глупостью.
— Присаживайся, Сана, — Крис указал на кресло, стоящее у стола, — разговор будет долгим.
Не дожидаясь, он прошел к столу и, сев на свое место, молча посмотрел на меня.
Я так же молча воспользовалась его предложением. Если мне обещают прямо сейчас обо всем рассказать, зачем отказываться? Даже если внутри все кипит от злости и раздражения.
— Полагаю, ты не знаешь с какого вопроса начать, поэтому я начну с самого начала. Что ты знаешь об исчезновении магии в мире?
Почему-то я даже не удивилась этому вопросу. Давно было понятно, что все крутится вокруг этого. Но в ответ только пожала плечами.
— То же, что и все. Триста лет назад магия исчезла из эфира. Осталась лишь небольшая часть, позволяющая людям использовать не затратные бытовые заклинания и активировать символы. Что именно случилось, так и не смогли выяснить. Во всяком случае, широким массам это неизвестно.
Крис вздернул бровь, но кивнул, принимая мой ответ.
— Хорошо, — продолжил он, — слышала ли ты когда-нибудь о Теодоре Грине?
Я кивнула. Слышала. А кто о нем не слышал? Это же легенда магического мира. Один из величайших ученых-магов, изобретатель. Был знатоком во всех областях магии, изобрел множество заклинаний, символов и артефактов. Жил почти две тысячи лет назад, но его изобретениями пользовались и по сей день.
Мой ответ удовлетворил принца, и он продолжил:
— Теодор Грин оставил после себя очень многое, но мало кто знает, что его главным изобретением была так называемая Сфера — артефакт-накопитель. Очень мощный накопитель. — Добавил, сделав паузу и продолжил. — Воспользоваться Сферой он не успел, и долгое время после его смерти о ней ничего не было известно. Но триста двадцать лет назад Сфера попала в руки актарийскому королю Бернарду Марлоу, правящему тогда.
Он внимательно посмотрел на меня, но я не понимала, какой реакции от меня ждут, а потому молчала, взглядом предлагая продолжать. Но он снова спросил:
— Ты что-нибудь знаешь об Актарии?
Я покопалась в памяти и поняла, что не так уж и много.
