— Работа с дневниками и артефактами Теодора Грина была его инициативой. Но, когда он обнаружил связь Сферы и исчезнувшей триста лет назад магией, поспешил сообщить об этом. Все это время Сфера хранилась у актарийцев, которые не оставляли надежды, что когда-нибудь отыщется способ ее открыть. Как ты понимаешь, они отдавать артефакт они не хотели. Поэтому мы решились на радикальные меры. Проще говоря, мы выкрали Сферу у них.
“И считаем, что поступили правильно” — было написано у него на лице. Несколько секунд он молчал и за мгновение до того, как снова заговорил, я уже догадалась, что именно услышу.
— Вернее, это сделал твой отец во главе небольшой группы людей. Не буду утомлять тебя подробностями, скажу только, что забрали ее из королевского хранилища. Все было продумано очень тщательно, но в последний момент что-то пошло не так и кражу заметили раньше. Когда они уходили, повстречали на пути первого советника Вернера Лессера. Бой был короткий, и отбиться им удалось, но Лессер не зря имеет мерзкую репутацию даже в своей стране. Он успел зацепить твоего отца смертельным заклинанием, оно прошло вскользь, едва задело, но, к сожалению, вовремя не замеченная его частица через несколько дней добралась до сердца.
Я шумно выдохнула. Вот оно. Теперь я знаю. Знаю, как он погиб, но, как я и думала, вопросов стало только больше.
— Значит, его убил первый советник Актарии?
— Да, — сказал Крис.
— Объясни, как он смог использовать смертельное заклинание?
Что-то щелкнуло в моей голове, и я повернулась к Максу, он стоял у окна, оперевшись на подоконник и, сложив руки на груди.
— Наверное, так же, как ты, Макс, использовал заклинание стазиса. Или как кто-то использовал силовой щит, чтобы закрыть меня от машины.
Я вдруг поняла, что не все в мире довольствуются тем, что осталось от магии. Некоторые разбрасываются заклинаниями направо и налево.
— Мне вообще можно знать эти тайны? Вы не убьете меня потом?
Крис укоризненно на меня посмотрел, затем переглянулся с Максом и сказал:
— Короли по своей природе запасливые люди. Благодаря этому мы имеем возможность использовать накопители практически в неограниченном количестве. И нет, мы тебя не убьем. Но распространяться об этом, конечно, не стоит.
Вот теперь я увидела перед собой принца Кристиана. Не Криса из бара, который хоть и не был похож на привычных для меня клиентов, все же был простым парнем, а представителя королевской крови. И хотя раньше мне с ними сталкиваться не доводилось, в моем понимании он должен быть именно таким. Уверенным, что любое его слово тут же воспринимается, как приказ.
Я облокотилась о стол и запустила руки в волосы. Но поняв, что не могу находиться на одном месте, встала и подошла к окну. Макс стоял рядом, но сейчас я не обращала на него внимания, смотрела вперед невидящим взглядом. Мысли метались в голове. То, что я услышала, никак не вязалось с образом, выстроенным и тщательно лелеемым любящей дочерью. Было безумно обидно осознавать, что я совсем не знала своего отца. Не знала чем он жил, к чему стремился, над чем работал. Разве я осудила бы его? Или не поняла бы? Да, я не обладала магией, но, черт возьми, имела право знать. Он мечтал, что магия однажды вернется в мир, но эта мечта стоила ему жизни. И смириться с этим оказалось сложнее, чем с фактом его смерти.
— Может, кофе? — предложил Макс заботливо.
Его голос всколыхнул внутри утихшую за время разговора обиду. Я недобро на него посмотрела, но Крис был прав — выяснить отношения мы можем и потом. Если до этого вообще дойдет. Поэтому от язвительного комментария я воздержалась. Вместо этого честно сказала:
— Лучше виски.
И Макс и Крис промолчали. И правильно. Напиваться действительно не выход, а пара глотков мне сейчас не поможет.
— Почему он возглавлял ту группу? Почему, вообще, пошел сам? — спросила я, когда пауза затянулась.
— Об этом было известно ограниченному кругу людей, — ответил Крис, — твой отец мало кому доверял.
— И вы даже не пытались его отговорить? — Я крутанулась на месте и, увидев бесстрастное выражение на лице его высочества, поняла, что вновь начинаю злиться. — Он пошел на рискованную операцию, он ведь был всего лишь ученым.
— Твой отец был хорошо подготовлен, и мы были уверены, что все пройдет гладко.
От этого невозмутимого тона мир подернулся пеленой, от бессилия и злости я готова была расплакаться, но сжала зубы и вновь отвернулась. Закрыла глаза и попыталась успокоиться. Кто больше виноват в его смерти — друг, который отпустил в логово врага или враг, который пытался забрать то, что считал своим? Теперь уже не разберешь. Но не все вопросы еще заданы и не все ответы получены. Злиться бесполезно. Передо мной принц, пусть младший, но все же сын короля и будь он хоть тысячу раз неправ, никогда этого не признает.
