Похоже, он намеревался согласиться — был очень доволен и «думал» 5 недель. Говорят, мучился. Но теперь высказалась против офицерская верхушка, и пришлось отказаться. «Покорнейшую петицию» подправили — и пост лорда-протектора из неконституционного стал вполне конституционным. Диктатору предоставили право определять себе преемника, и все знали, что это будет его сын. А в конституцию ввели положение о «Другой палате» парламента, члены которой назначались лордом-протектором — восстановилась палата пэров. И вместо коронации в июне 1657 г. состоялась вторая церемония вступления Кромвеля в прежнюю лорд-протекторскую должность — в горностаевой мантии, с королевскими жезлом и скипетром. В «Другую палату» он назначил 63 своих ставленника. А чтобы привлечь симпатии купцов, даровал английской Ост-Индской компании такие же права, какие имела голландская — вплоть до права войны и мира. Что являлось и заявкой на дальнейшую борьбу за мировую гегемонию.
В боевых действиях против Испании англичане и французы договорились совместно нанести удар во Фландрии, за что Британии был обещан Дюнкерк. Кромвель прислал 6 тыс. солдат. Но и на этом театре его части проявили себя настолько слабо, что Тюренн предпочел отправить их в резерв. А маршал д’Омон, начав операцию без англичан, был разбит и попал в плен. Зато хитрая дипломатия Мазарини обеспечивала французам успехи без единого выстрела. В Вене умер император Фердинанд III. Его старший сын, считавшийся наследником, скончался еще раньше, и закрутилась предвыборная борьба. И Мазарини провернул немыслимую комбинацию, «одной рукой» выставив кандидатуру Людовика XIV, а «другой рукой», тайно, поддержав младшего сына Фердинанда — Леопольда.
Людовик владел несколькими имперскими ленами в Эльзасе и формально мог претендовать на избрание, но его фигура являлась заведомо непроходной. А суть интриги состояла в том, что в рамках предвыборной кампании Мазарини сколотил профранцузскую Рейнскую лигу, куда вошли Кельн, Майнц, Трир, Брауншвейг, Пфальц, Вюртемберг, Гессен, примкнул король Швеции. Ну а Леопольд устраивал Францию как слабый правитель. Он не готовился занять престол, не разбирался в политике, а по своим склонностям был музыкантом и композитором. Кардинал истратил на его избрание 2 млн. ливров, и победил Леопольд. Расплатившись за это с Францией договором о дружбе и признанием Рейнской лиги.
Отношения Парижа с Лондоном тоже не отличались искренностью. В 1657 г. французские пираты вышибли англичан с Тортуги — кромвелевские вояки оказались негодными даже против бандитов. Чтобы упрочить захват, пираты объявили остров владением Людовика XIV. И французское правительство охотно согласилось. А вот дела венецианцев и папы в войне с Турцией пошли вдруг наперекосяк. Великий визирь Кепрюлю после переворота и «чисток» произвел реформы в администрации и армии, назначил новых командиров. Привлек берберских пиратов, заставив их вспомнить о подданстве султану. С помощью их флота отбил у венецианцев Лемнос и Тенедос, сняв блокаду Дарданелл. И принялся очищать прочие Эгейские острова, сурово карая греческое население за поддержку неприятеля.
В Англии же идиллия «гражданского согласия» кончилась очень быстро. Купцы, финансисты и джентри, занимавшие кресла в парламенте, могли послушно голосовать за что угодно вплоть до короны для Кромвеля. Но денежки-то касались и их собственного кармана! Лорд-протектор запросил 1,9 млн. фунтов, ему дали лишь 1,3 млн. Он обиделся. Начались и склоки между нижней палатой и воссозданной верхней — палата общин не желала делиться властью с «новыми пэрами». И кончилось все самым естественным образом. Парламент опять был разогнан.
А ситуация в стране продолжала ухудшаться. Государственный долг достиг 2 млн. фунтов. Внешние рынки были закрыты войной, торговля падала. Кромвель просил кредиты у банкиров Сити — они отказали. Налоги достигли куда более внушительных размеров, чем при Стюартах. Волнения и восстания поднимались то в одном, то в другом графстве, даже в самом Лондоне. И люди уже открыто заявляли, что ждут высадки Карла II и роялистов, при них, мол, лучше будет. Но и республиканцы были не в восторге от диктатуры. Многие отказывались присягать по новой конституции. Лорд-протектор принялся без разбора увольнять офицеров, заподозренных в нелояльности. И уже его прежние друзья начали примыкать к заговорам. Кромвель стал угрюмым и подозрительным. Его все сильнее мучили сомнения в своей «избранности». На протесты он отвечал репрессиями. Для суда по политическим преступлениям учредил особую комиссию, тюрьмы были переполнены, количество заключенных достигло 12 тыс. — при королях такого никогда не было. Регулярно осужденные отправлялись на плахи и виселицы. В 1658 г. был раскрыт большой заговор роялистов во главе с Хьюитом, Слингсби и Мордаунтом. Казни избежал лишь Мордаунт, чье имя Дюма позаимствовал для отрицательного героя своей книги — он спасся тем, что выдал всех сообщников.
