В военное время можно призвать 10 % от населения страны. Воюет каждый десятый. Но не долго, и не все миллионы сразу. Иначе воюющих некому будет одевать, обувать, кормить и вооружать. Призывать надо волнами: пять миллионов сгубили зря, призываем следующих.
Во Второй мировой войне Сталин побил все рекорды призыва. Ради этого пришлось выгрести из городов и деревень всех мужиков, способных носить оружие. И из лагерей — тоже. Пришлось на трактора посадить женщин. Их же и в шахты загнали. И шпалы с рельсами на них возили. К станкам поставили дедов, лагерных доходяг и малолеток. А жрать было нечего. При том что какой-то добрый заокеанский дядя гнал тушенку и сгущенку сотнями тысяч тонн, кожаную обувь миллионами пар, меховые куртки для летчиков, парашюты, шерстяную ткань тысячами километров. Без этого сталинские рекорды призыва были бы невозможны.
В первой половине 1941 г. расклад был такой. Советский Союз жил мирной жизнью, нападения не ждал и сам, ясное дело, ни на кого нападать не снаряжался. Потому в Красной Армии, во флоте, в войсках НКВД и НКГБ вместе взятых не могло и не должно быть более 1,7 миллиона бойцов и командиров. Но у товарища Сталина (почему-то) на 21 июня 1941 г. только в Красной Армии было 5,5 миллиона ртов. А некоторые дотошные говорят и про 8 миллионов. Если не рассчитывать на помощь доброго дяди и не доводить нацию до самоубийства, то в случае войны Сталин мог призвать в Красную Армию, войска НКГБ и НКВД еще 7-12 миллионов. Сталин, нарушив законы экономики и демографии, с осени 1939 г. по весну 1945 г. призвал вдвое больше — 34 миллиона.
А у Гитлера весной 1941 г. (если верить «Независимой газете») — своя собственная германская„армия, а в дополнение к ней он мог поставить под ружье еще более 500 миллионов бойцов из оккупированной им Европы.
Ясное дело, Сталин перепугался.
Григорий Барановский, который первым в мире объявил данные про 500 миллионов, немедленно стал знаменитостью, его цитировали, его приглашали на конференции и симпозиумы, его хвалили, награждали, его светлую голову увенчали лаврами. Еще бы: нашел ведь доказательство!
Главный редактор «Независимой газеты» Третьяков, который выискал Барановского и вывел в люди, ходил по Москве гоголем, аж приплясывал, аж подпрыгивал: знай наших! Эта публикация стала поворотным пунктом в карьере Третьякова. Наконец-то сумел угодить власти, переплюнув соперников. На «Независимую газету» снизошло высочайшее благоволение. А открытие Барановского вошло в золотой фонд российской военной науки, в обойму неопровержимых доказательств гитлеровской готовности к войне и полной неспособности Советского Союза к сопротивлению. Это открытие — жемчужина российской науки. Вот в 2002 году опубликована книга о начале войны, и в ней на странице 105 повторено слово в слово: «К июню 1941 г. Гитлер подчинил себе свыше 500 млн человек, способных встать под ружье». Разница только в том, что цифру теперь выделили жирным шрифтом.
Жаль, что авторы данного анонимного труда пожелали своих имен не раскрывать, однако на титульном листе они благодарят за помощь президента Академии военных наук генерала армии М.А. Гареева, генерал-полковника Ю. Горькова, генерал-майора Ю. Солнышкова, академика В. Анфилова, господ Г. Барановского, Ю. Мухина и других ответственных товарищей.
Имя авторов от меня скрыто, потому обращаюсь с вопросом к тем, кого они благодарят, к тем, кто стоял за их спиной. Граждане генералы Горьковы-Гареевы, вот что мне непонятно: если Гитлер подчинил себе свыше 500 миллионов человек, способных встать под ружье, то их и следовало под это самое ружье поставить. Отчего же, граждане генералы, воспеваемый вами могущественный и мудрейший Гитлер такой возможностью не воспользовался? Вот бы и призвал. В чем загвоздка?
К моменту нападения на Советский Союз под германской оккупацией находилось 11 стран. Крупнейшие из них — Польша, Франция, Югославия.
Давайте же прикинем: вот в сентябре 1939 г. Гитлер сокрушил Польшу и, допустим, сто миллионов польских солдат включил в состав своих вооруженных сил. Проблема мне видится вот какая: будут ли поляки воевать под знаменами Гитлера? Во время Второй мировой войны во многих оккупированных странах от Норвегии до Словакии и Франции возникли марионеточные правительства и органы местной власти. Да только не в Польше. И в армию Гитлера поляки не спешили. Не было в составе гитлеровской армии ни одной польской дивизии, ни одного полка.
И вторая проблема: а как бы Гитлер контролировал сто миллионов польских солдат? Ведь все население Германии осенью 1939 г. — 68 миллионов 424 тысячи человек, включая женщин, стариков, детей, больных, калек и пр. Как контролировать сто миллионов молодых, здоровых, вооруженных польских мужиков, если мобилизационный ресурс Германии — 6,8 миллиона. А при полном самоубийственном перенапряжении — 13 с хвостиком миллионов. Дальше придется призывать седых старцев и тринадцатилетних пацанов. Что, кстати, и было сделано.
