— Достаточно важные для того, чтобы вам понадобился один из моих кораблей, — вмешалась Джелена. — Но у нас с вами тоже был договор, Бьяджио. Я сказала, что предоставлю вам корабль до Восточного Высокогорья. А вы обещали, что расскажете мне все. Ну, я жду.
— Мы оба ждем, — вставил Касрин.
Бьяджио взял еще горсть песка и стал его тщательно разглядывать. Завтра он покинет возлюбленную родину, и эта мысль была невыносима. Он боялся стоявшей вдали крошечной шхуны, его страшил тот путь, на который она его доставит. Но жребий брошен и обратной дороги нет.
— Перед нашим отъездом из Черного Города, — начал он, — я отправил в Железные горы посланника. Его зовут Алазариан Лет, он сын правителя Элрада Лета из Талистана. Я приказал Алазариану вступить в контакт с трийцами и попросить, чтобы трийцы отвели его к Ричиусу Вэнтрану.
На лице Касрина отразилось потрясение. А Джелена, которая ни разу не упомянула о своем коротком союзе с Шакалом, при упоминании его имени резко села.
— К Ричиусу? — пролепетала она. — Зачем?
— Потому что мне нужны союзники, миледи. Я отправил с Алазарианом Летом письмо. Алазариан передаст его Вэнтрану и попросит вести трийцев на войну с Талистаном. За это я обещал вернуть Вэнтрану его родину.
Бьяджио переплел пальцы под подбородком: ему было забавно наблюдать за своими собеседниками. Обоих его известие ошеломило.
— Самое время вам что-нибудь сказать, — заметил он. — Это правда.
— Бог мой! — выдохнул Касрин. — Вы собираетесь начать войну с Талистаном?
— Это Талистан собирается начать войну, — возразил Бьяджио. — Если я не помешаю им. У Талистана большая армия, и она с каждым днем увеличивается. Тэссис Гэйл рекрутирует все новых солдат, заставляет их вступать в свою конницу. И он тайно строит в Арамуре военную технику. По крайней мере я догадываюсь, что он занят там именно этим. Новостям из Арамура не всегда можно доверять. Вот почему я прошу Вэнтрана ввести в войну трийцев. И вот почему сам я отправляюсь в Восточное Высокогорье.
Джелена нахмурилась.
— Почему вы отправляетесь в Восточное Высокогорье, чтобы получить помощь трийцев? — спросила она. — Я что-то не понимаю.
— А я понимаю, — сказал Касрин. — Талистан слишком силен, чтобы с ним могли справиться одни только трийцы. Вам нужна война на два фронта, так, Бьяджио? Вот зачем вы едете в Высокогорье.
— Если горцы нам не помогут, Талистан победит, — признался Бьяджио. — Гэйлу легко будет оттеснить трийцев обратно в горы, если его войска не свяжет еще одна сила.
— А вы знаете, где Ричиус? — спросила Джелена. — Мы уже много месяцев о нем не слышали. Честно говоря, мы даже не знаем, жив ли он еще.
— Я думаю, что Шакал в Фалиндаре. Именно там находится правительство трийцев, и именно там он всегда жил. И это не имеет значения. Трийские львиные всадники находятся в горах, и они будут знать, где Вэнтран. Они отвезут Алазариана к нему.
— Вы надеетесь, что отвезут, — возразил Касрин. — Это был огромный риск, Бьяджио: отправить парнишку в горы одного. Трийцы — настоящие звери. А если с ним что-нибудь случится?
— Вы этого юношу не знаете, — ответил Бьяджио. — Он удивительный человек. С ним все будет в порядке, я в этом уверен.
— И что потом? — спросила Джелена. — Вы рассчитываете, что Ричиус вам поможет?
Бьяджио пытливо посмотрел на королеву. Он обратил внимание, что она называет Вэнтрана по имени, и ему стало любопытно, насколько глубокими были их отношения. Бьяджио умел угадывать чувства окружающих. И то, что он сейчас ощущал в Джелене, было похоже на надежду.
— Он мне поможет, — уверенно заявил Бьяджио, — потому что хочет получить Арамур обратно и потому что это даст ему шанс сокрушить своих врагов из Талистана. Он не устоит. Не забывайте: он отсутствовал больше двух лет. За это время человеку легко ожесточиться.
Джелена опустила глаза.
— Да, — прошептала она, — я тоже так думаю.
Касрин заметил, что она опечалилась, и осторожно спросил:
— В чем дело?
— Ричиус Вэнтран помог нам захватить Кроут, — сказала королева. — Мы использовали его — а потом предали. К тому времени, как он с нами расстался, он стал другим человеком. Иногда я думаю о нем и о том, что мы с ним сделали.
Бьяджио отмахнулся от ее печали небрежным взмахом изящной руки.
— Давняя история. Не тревожьтесь о Шакале, миледи. Если я его знаю (а мне кажется, что это так), то он поглощен только одним — Арамуром.
— Итак, мы убиваем Никабара, а вы вовлекаете трийцев и горцев в войну с Талистаном, — с ухмылкой подытожил Касрин. — Неплохой план.
— Да, я тоже так считаю, — согласился император. — Но остается еще одна вещь...
Лицо у Касрина окаменело.
— В моем письме к Ричиусу Вэнтрану есть дата, — объяснил Бьяджио. — Первый день лета. Именно в этот день он должен атаковать Арамур. В этот день я введу горцев в войну с Талистаном. Мы начнем войну с Тэссисом Гэйлом на два фронта. Но это надо идеально скоординировать.
— И что?
