Пока Награ спорил о чем-то с трийцами, Алазариан позволил себе обвести взглядом окруживших их воинов. Они были одеты в серые куртки, перетянутые угольно-черными кушаками, и при каждом было оружие с двумя клинками – Фалгер называл его жиктаром. Однако больше всего его удивила татуировка на щеке каждого воина. Будто выжженное клеймо: черная птица, такая же, как та, что трепетала на стягах над лагерем. Алазариан решил, что это ворон. Вдруг ему показалось, что зря он сюда приехал – не только в лагерь, но и вообще в Люсел-Лор. Интересно, где сейчас Бьяджио?
А потом из лагеря выскочил еще один человек. Он был неимоверно худ, лицо у него было испуганное, щеки ввалились, волосы сбились в колтуны. Человек поспешно заковылял к ним, и Алазариан вдруг с ужасом понял, что он вовсе не триец.
– Бог мой! – воскликнул Джал. – Кто это?
– Грач, – ответил Награ. – Хорошо. Он нам поможет.
– Грач? – переспросил Алазариан. – Кто он такой?
Воины прекратили свой спор, а странное создание пробилось мимо них и остановилось перед Джалом. Глаза у него расширились, рот изумленно открылся.
– Матерь Божья сладчайшая! – воскликнул он. – Вы – нарцы!
Алазариан с Джалом недоуменно переглянулись.
– Да, – подтвердил Джал. – Мы – нарцы. А ты кто?
Мужчина упал перед Джалом на колени и схватил его за руку. Испытывая глубокую брезгливость, Джал попытался вырваться из его цепких пальцев.
– Молю вас, заберите меня с собой! Помогите мне выбраться отсюда!
– Кто ты, к черту, такой? – вопросил Джал.
Ему удалось отнять руку, но тощий обхватил его за ноги.
– Пожалуйста! – заверещал он. – Возьмите меня от этих дикарей!
– Награ, кто это? – настойчиво спросил Алазариан.
– Это Грач, – повторил искусник. Он несильно лягнул тощего, чтобы тот выпустил ноги Джала. – Встань, пес. У нас дело к твоему хозяину.
– Нет! Выслушайте меня, пожалуйста! – Он отпустил ноги Джала только для того, чтобы схватить его за пояс. – Вы должны меня отсюда вызволить. Вы должны забрать меня с собой! Помогите мне, черт подери, пожалуйста…
Джал стремительно повернулся к Нагре.
– Что это значит? Кто этот человек?
– Это Грач. Раб.
– Раб? – переспросил Алазариан. – Нарец?
– Военачальник взял его в плен во время…
– Я нарец! – завопил Грач. – Я застрял здесь во время войны. Пракстин-Тар держит меня в рабстве. Но я не раб! Я нарец!
– Ясное дело, – огрызнулся Джал. Алазариан увидел по его лицу, что его переполняет гнев. Не обращая внимания на воинов, он набросился на Нагру. – Что за дьявол этот Пракстин-Тар? Превращать человека в раба…
– Ха cap! – рявкнул главный воин.
Он ткнул Джала жиктаром, заставляя замолчать. Награ шагнул вперед и гневно отвел жиктар в сторону.
– Ишэй! – зашипел он на воина. – Пракстин-Тар джитра мико!
Они снова принялись о чем-то спорить. Грач ухватился за ногу Алазариана и стал слушать, испуганно сопя. Похоже, услышанное его поразило. Он недоверчиво посмотрел на Алазариана.
– Вы ищете Пракстин-Тара? – спросил он.
– Ты их понимаешь? Грач кивнул.
– Я знаю их мерзкий язык, почти весь. Но зачем? Вам надо отсюда бежать! Уходите немедленно, пока искусник вас еще может защитить. Возьмите меня с собой!
– Мы не можем, – ответил Джал. – У нас к военачальнику дело.
– Дело? – возмутился Грач. – Какого дьявола… Алазариан наклонился к нему и прошептал:
– Грач, ты можешь перевести – объяснить нам, что они говорят?
– Юноша, это безумие. Вам надо уходить, сейчас же!
– Ш-ш, – успокоил его Алазариан. Воины пристально наблюдали за ним. – Что они говорят?
Грач досадливо вздохнул и прислушался.
– Искусник хочет отвести вас к Пракстин-Тару, – объяснил он и, прикусив губу, попытался разобрать остальной разговор. – Он говорит, что вы нужны Пракстин-Тару, что это очень важно. – Он изумленно взглянул на Алазариана. – Слушай, это он о тебе так говорит?
– Прекрати задавать вопросы! – прошипел Джал. – Что еще они говорят?
– Трудно понять, – ответил Грач. Он наклонил голову. – Они вам не доверяют.
– Заставь их послушаться, Награ! – попросил Джал. – Нам необходимо говорить с военачальником!
Один из воинов ударил Джала ногой, так что священник растянулся в пыли. Алазариан поспешно подбежал к своему спутнику. Джал плюнул воину под ноги, намереваясь занять боевую стойку.
– Нет! – приказал Награ, предупреждающе поднимая руку. – Не двигайся, Джал Роб! Ничего не делай.
– Сукин сын! – прорычал Джал, с трудом сдерживая ярость. – Хочешь драки, трийская шваль?
– Молчать! – взревел Награ.
Стремительно повернувшись к ударившему Джала воину, он сгреб его за грудки и стал с силой трясти, яростно поливая трийской бранью. Воин уронил свой жиктар и виновато воздел руки. Награ усмехнулся и оттолкнул его, а потом повернулся к Грачу.
– Ты отведешь нас к своему хозяину, раб! – приказал он, а потом махнул рукой в сторону воинов. – А если кто-нибудь из этих еретиков попробует нас остановить, ты скажешь Пракстин-Тару, что сегодня они лишили его великого благодеяния. И тогда Пракстин-Тар их убьет.
Он повторил то же самое по трийски.
Все воины поспешно опустили жиктары. Алазариан помог Грачу встать.
– Награ, – неуверенно прошептал он, – они тебя послушают?
