– Ты угадал, – признался Алазариан. – Мой отец был трийцем. Его звали Джакирас, но я никогда с ним не встречался.
– Я не знаю в Фалиндаре человека, которого бы звали Джакирасом, – сказал Награ.
– Нет, я приехал не за этим. Я хочу больше узнать о себе самом. И Ричиус Вэнтран может мне помочь. Он знал Тарна, как и ты. – Алазариан разволновался. – Я хочу узнать о магии.
Брови Нагры взлетели вверх.
– О магии? Что ты знаешь о магий?
– Тарн был чародеем, – сказал Алазариан. – И мне кажется, что во мне тоже есть волшебство.
– У Тарна был «дар небес», юноша. Он не был фокусником.
– Знаю, – согласился Алазариан. – Но я тоже могу делать разные вещи, как умел он. Я могу читать мысли человека, когда до него дотрагиваюсь. Вот, давайте я вам покажу…
Награ отскочил.
– Не надо мне ничего показывать! – Его взгляд стал острым. – Этого не может быть! Тарн был избранный. Его избрали Лоррис и Прис. Ты не можешь быть таким, как он!
– Но он такой! – заявил Джал. – Хотите, верьте, хотите нет, но вы заполучили еще одного такого, жрец. Вот почему Алазариан сюда приехал. Он хочет понять себя.
– И это все?
– Нет, – ответил Джал. – Еще у нас есть дело. Нам надо увидеть Вэнтрана. Награ нахмурился.
– Вы это уже говорили. Но, Алазариан, ты напрасно ехал так далеко. Тарн для меня по-прежнему тайна. Он был моим учителем, но я никогда его не понимал. Если ты думаешь, что Кэлак поможет тебе его понять, то ты ошибаешься.
– Я должен попробовать! – не сдавался Алазариан. – Если Вэнтран сможет помочь мне узнать о Тарне – прекрасно. Но даже если нет, он все равно нам нужен. – Юноша потянулся к Нагре, но тот по-прежнему отказывался дать ему руку. – Ну пожалуйста! Объяснять пришлось бы слишком долго, но ты должен нам поверить. Нам необходимо найти Вэнтрана. Ты нам поможешь?
– Ты сказал, что не боишься Пракстин-Тара, – настаивал Джал. – Почему?
– Военачальник – глупец. Как и ты, Алазариан, он хочет понять загадку Тарна. Именно поэтому он осадил Фалиндар. Оттуда Тарн правил Люсел-Лором. Теперь править хочет военачальник. Но этого никогда не будет, потому что у него нет «дара небес».
– Он порочный? – спросил Алазариан.
– Не порочный, только невежественный. Но из-за этого он творит много жестокостей. Поверьте мне, Пракстин-Тар ненавидит нарцев, и он не будет с вами разговаривать. Только если… – Награ нахмурил брови. – Юноша, если ты говоришь правду и у тебя есть дар небес, то Пракстин-Тар может к тебе прислушаться. Похоже, он ищет того же, что и ты. Может быть, он тебя примет.
– Ты отведешь нас к нему? – спросил Алазариан. – Пожалуйста – если бы я смог просто с ним поговорить, я убедил бы его в моем даре.
Награ ухмыльнулся.
– В даре? Ты это так называешь? Тарн часто называл свою силу проклятием.
По лицу юноши скользнула печальная тень.
– Я толком не знаю, как называть мою силу. Именно поэтому я согласился сюда ехать. Джал поспешно вмешался.
– Целительство – это не проклятие, Алазариан. Наш Господь исцелял болящих, а Он был без греха.
– Целительство? – вскрикнул Награ. – Ты – целитель, Алазариан?
Паренек пожал плечами.
– Похоже, да. Если я прикасаюсь к кому-то, кто болен, я могу его вылечить. Я не знаю, как это получается, но это получается.
– Поразительно! – прошептал Награ. – Может быть, я ошибся насчет Пракстин-Тара, и он будет рад вас принять.
– О чем это ты? – с подозрением спросил Джал.
– Хватит разговоров, – решительно объявил Награ. – Отдыхайте. Утром мы отправимся в лагерь военачальника. Тогда я вам все объясню.
На следующее утро, когда они втроем выезжали из деревни, искусник рассказал о Кринионе, сыне Пракстин-Тара. Награ даже не был уверен в том, что молодой воин еще жив. Но если он жив и если Алазариан сможет его излечить, то это может убедить военачальника сохранить юноше жизнь и дать ему увидеться с Вэнтраном.
Джалу Робу этот план не понравился, но другого выхода он не видел. Они проехали огромное расстояние, чтобы найти Вэнтрана и передать ему послание Бьяджио, и обоим не хотелось возвращаться в Арамур с пустыми руками. Так что Джал согласился сделать такую попытку, и на рассвете они выехали из деревни, бодрые после ночного отдыха в трийском доме. Кавалькада рысила по очередному каньону Таттерака, и Джал тревожно осматривался. Алазариан ехал впереди: ему не терпелось встретиться с Пракстин-Таром.
– Это еще далеко? – спросил Джал у Нагры. Молодой священнослужитель ехал рядом с ним медленной рысью, покачиваясь на спине ослика.
– Уже очень близко, – ответил Награ. Он указал на цепь каменистых холмов на севере. – Видишь? За теми горами – Фалиндар. И оттуда ты увидишь лагерь военачальника.
Ехать оставалось совсем немного, и Джал Роб начал нервничать.
– Надеюсь, что ты не ошибся, священнослужитель. Я должен беречь мальчика от опасностей, а не вести его на бойню.
– Ты его опекун?
– Ну, не совсем.
– Тогда почему ты здесь? Это дело к Кэлаку – оно и тебя касается?
– Можно сказать и так. Шакал – мой король. Я уже очень давно его не видел.
– Ты на него зол, – заметил Награ. – И у тебя не получается это скрыть.
