Провожу языком по ареоле, смачивая ее, пока кожа не становится гладкой и блестящей. Монстр внутри меня одобрительно рычит, когда ее бедра сжимаются подо мной.
— То, что ты не трахалась до вчерашнего дня, не означает, что у тебя не было фантазий, Кэрри.
Девушка смотрит на меня. Ее щеки покрыты пятнами, раскрасневшиеся самым прекрасным образом. Она выглядит так, будто у нее лихорадка, но это не так. Кэрри покраснела из-за того, что мой рот сомкнулся вокруг ее соска, а моя рука скользнула между ее ног. Я чувствую ее клитор сквозь ткань трусиков и потираю маленький набухший бутон подушечкой среднего пальца. Она откидывае голову назад, приоткрывает губы, когда испускает восхитительный, божественный вздох.
— Моей самой сокровенной фантазией... всегда был ты.
Черт!
ЧЕРТ!
Она могла сказать все, что угодно. Тройничок. Двойное проникновение. Девушка с девушкой. БДСМ. Доминирование. Любая из этих вещей была бы горячей.
Но она выбрала меня?
Дикое, темное существо внутри меня кричит от восторга. Карина все еще не знает, во что ввязывается, но скоро узнает. Я улыбаюсь, обхватываю ее грудь, сжимая ее полноту, затем кусаю…
Кэрри хнычет, цепляется руками за одеяла, дергает их, но не говорит мне остановиться. Сжимаю зубами ее прелестный розовый сосок и надавливаю, ожидая, когда она уступит. У каждого свой порог. Речь идет не о том, чтобы переступить черту, за которой исчезает удовольствие и берет верх боль. Речь о том, чтобы достичь точки, в которой вы не можете отличить одно от другого, а затем балансировать на этом канате до тех пор, пока это приятно.
Драгоценная Кэрри. Она еще ничему не научилась. Еще ничего не знает. Но у нее есть я. И я собираюсь показать ей, как выглядит ее темнота, и как только она столкнется с ней, то будет свободна либо принять ее, либо убежать от нее. Надеюсь, черт возьми, ради себя и меня, что она примет это. Я уже могу сказать, как весело мы могли бы проводить время вместе…
Ее спина выгибается над одеялами.
— Ах! Ах, черт, Дэш! АХ!
Вот она, леди и джентльмены. У нас есть наша первая пограничная линия, начерченная на песке. Я расслабляю челюсть до тех пор, пока совсем не перестаю пользоваться зубами, а просто облизываю и сосу…
— Карина.
Она резко открывает глаза.
— Дай мне свою руку.
Ошеломленная, девушка подчиняется, протягивая мне руку, и я веду ее вниз, между ее бедер.
— Чувствуешь? Видишь, какая ты мокрая для меня, милая? Ты промокла насквозь.
Девушка пытается вырвать руку, но я держу ее за запястье.
— Не надо. Разве это неприятно? — Я слегка надавливаю, прижимая ее пальцы к мокрой ткани, и она вздрагивает.
— Нет, — шепчет она.
— Тогда зачем останавливаться? — Сажусь на пятки, отпуская ее руку. — Поласкай себя для меня, Кэрри. Я хочу посмотреть, как ты заставишь себя кончить.
Я вижу, что девушка разрывается. О, она хочет кончить. Так сильно хочет. Но…
— Мастурбация — это не... — шепчет она. — Это не совсем то, в чем люди должны признаваться. Не говоря уже о том, чтобы делать это перед аудиторией.
Я смеюсь.
— Кто, черт возьми, тебе это сказал?
— Не знаю. Я просто… — Она прикусывает губу.
— Не стоит делать это в присутствии кого-то, если он не дал согласия. Но между двумя добровольными партнерами это чертовски горячо.
Девушка выглядит неуверенной.
— Сними трусики, Кэрри.
Она краснеет, но слышит интонацию в моем голосе и знает, что я не шучу. Девушка приподнимает свою задницу и спускает маленькие черные стринги вниз по бедрам. Я стону себе под нос, наблюдая, как Карина спускает материал вниз по ногам, а затем снимает его…
Признаю, она пронырлива. Сворачивает трусики в клубок, а затем они просто исчезают. Требуется мгновение, чтобы понять, что Карина спрятала их с глаз долой под одно из одеял. Я делаю пометку забрать их позже. Они мои.
Кэрри сжимает колени вместе, раскачиваясь из стороны в сторону. Она не осознает, что делает это, но тем самым показывает мне, насколько взволнована и возбуждена.
— Откройся, — требую я.
Девушка разводит ноги, и святое гребаное дерьмо. Я решил, что, может быть, вспоминал прошлую ночь в розовых очках. Было темно, и мои чувства работали на пределе. Я видел ее только при лунном свете. Сегодня днем я рассудил, что, возможно, вообразил, что ее киска красивая, но теперь, при реальном свете, она еще более великолепна.
— Боже, милая. Потрогай свой клитор для меня. Откройся.
Карина колеблется.
— Думала парням нравится…
О, это должно быть интересно.
— Что нравится? — Я пользуюсь возможностью встать и снять боксеры.
Карина смотрит на мой член, когда он высвобождается, ее глаза каким-то образом занимают большую часть ее лица. Девушка выглядит ошеломленной.
— Э-э-э... — Она сглатывает. — Порно...
