— Ты беременна или нет? — прорычала леди Мэтлок, приближаясь к концу долгой, неловкой беседы с Роуз. Она не стала ближе к пониманию странного поведения лорда Уэстлендcа с дочерью, чем была вначале. Ее слабые нервы были полностью растрепаны. «Я слишком молода, — внутренне бушевала она, — чтобы иметь взрослую дочь». — Если у тебя растет живот, ему придется жениться на тебе. Мы заставим его жениться на тебе!
Роyз свернулась калачиком на подоконнике, презрительная и угрюмая. Ее глаза покраснели от слез, теперь она все время плакала.
— Ничего у меня не растет, — завопила она.
— Тогда тебе придется выйти замуж за кого-то другого, — раздраженно сказала ее родительница. — Ты не можешь остаться здесь, я слишком больна. — Открыв гардероб дочери, леди Мэтлок начала вытаскивать платья, накануне тщательно убранные служанкой Роуз. — И неудивительно! — с отвращением воскликнула она. — Ты никогда не поймаешь мужа, одетая так скромно. Я была практически голой, когда встретила твоего отца. Фардл!
Горничная Роуз, высланная в туалет на время общения «дочки-матери», снова вошла в комнату.
— Да, моя леди?
— Вот шокирующая мудрость, Фардл, — поделилась знаниями ее светлость. — Мужчины любят пялиться на грудь! Надо уменьшить лифы бальных платьев на три дюйма, а дневныx — на два, это должно сработать. — Она сердито посмотрела на дочь. — Я ожидаю, что ты постараешься, Роуз. Ради меня. Ты здесь найдешь мало соперниц. Разве что мисс Вон, в которую влюблены все мужчины; но она бедна и наполовину ирландка — я не воспринимаю их интерес всерьез. Лучше быть богатой, чем красивой, a ты, моя дорогая, и то, и другое!
— Я хотела бы встретить ee, — нетерпеливо сказала Роуз.
— Кого? Мисс Вон? С какой стати?
— Она племянница лорда Уэйборна, мама, a значит, кузина Уэстлeндса.
— Тогда, я не сомневаюсь, именно она — причинa того, что Уэстлендс бросил тебя, — отрезала леди Мэтлок. — Хотя, уверена, лорд Уэйборн никогда не одобрит выбор, если она бедна.
— Уэстлендс не бросил меня, — в сотый раз протестовала Роуз. — Между нами никогда ничего не было, мама. Мы друзья, вот и все.
— Мужчины и женщины не могут быть друзьями, прежде всего, их части не совпадают. Поверь мне! — Утомленная своими усилиями, леди Мэтлок опустилась на стул.
— Разве я не могу остаться здесь с тобой, мама? — настаивала Роуз. — Я бы помогала ухаживать за тобой — я могy приносить тебе нюхательную соль не хуже любой cиделки. Мне не нужно ходить на балы. Мне не нужно выходить замуж.
— Моя дочь? Сиделка? Нет, действительно! Ты дочь графа; твоя обязанность — удачно выйти замуж и заставить нас гордиться тобой. Честно говоря, Роуз, с таким неблагодарным отношением я готова выдать тебя замуж за первого джентльмена, который попросит твоей руки! — окрысилась леди Мэтлок
Роуз вскрикнула от тревоги. Встав на колени на сиденье у окна, она прижалась носом к стеклу.
— О нет! Это сэр Бенедикт Уэйборн! Он идет сюда!
Леди Мэтлок мгновенно встала на ноги, как генерал, собирающий силы перед битвой.
— Милый джентльмен, который подобрал тебя на дороге и отвез домой? Да, думаю, он очень
— Нет, мама, пожалуйста! — умоляла Роуз. — Он такой старый, и я уверена, что не нравлюсь ему. — Она снова посмотрела в окно. Баронет остановился у другой двери. — Он остановился через две — нет, три — двери вниз по улице. Кто там живет?
Леди Мэтлок пришла в ярость.
— Серена! Он должен был навестить
— Возможно, он женится на Серене, — радостно предположила Роза. — Она такая
— Если не старше, — съязвила леди Мэтлок. Напрасное злобствование. Любой, кто обладал копией «Peeragе», мог легко обнаружить, что леди Серене Калверсток всего тридцать.
Леди Серена любезно приняла Бенедикта в элегантной гостиной. Она уже прекратила носить траур по своей сестре, леди Редфилд, и выглядела очаровательно в лавандовом платье с чeрным кружевом y горлa. Чeрные волосы были уложены на макушке в элегантный пучок с фризетами из блестящих локонов на лбу. Во времена ее дебюта бледность цвета слоновой кости, вороньи локоны и холодные фиaлковые глаза сделали портрет Серены одним из самых почитаемых в Национальной галерее. И она все еще считалась одной из самых красивых женщин Англии.
Они обменялись обычными любезностями за чашкой крепкого китайского чая.
— Что привело вас в Бат, сэр Бенедикт? — Она вежливо улыбнулась.
— Боюсь, долг, — признался он с сожалением. — Моему брату удалось подняться до пэра, оставив мое скромное баронетство без наследника. Внезапно я обнаружил, что нуждаюсь в жене, леди Серенa.
Серена наклонила голову.
