— Мило! — прорычала она, прежде чем повернуться к матери. — Ты прекрасно выглядишь, мама, — успокаивающе сказала она. — Я уверена, он не имел это в виду! — Она вынула платок и тщательно вытерла лицо матери. — Элли, иди и опусти шторы!
— Я занята головоломкой, — завопила девочка.
Бормоча себе под нос не подходящие для леди проклятья, старшая девушка подошла к окну и сама опустила шторы.
— Конечно, — поспешил Бенедикт, — я не хотел оскорбить Вашу светлость. Мне сказали, что вы очень больны, леди Агата. Я просто не хотел мешать, если вы предпочитаете отдыхать. Вот и все.
— У матери один из ее хороших дней, — пояснила Кози, когда глаза Бенедикта приспособились к темноте. — Разве не так, мама?
— Я чувствую себя, как в старые добрые дни, — хрипела леди Агата.
«Господи», — подумал Бенедикт.
Кози зажгла сальныe свечи, стоящиe на подставке в углу комнаты. Свечи отбрасывали оранжевое пятно на часть комнаты, все остальное сливалось в черные и темно-серые тени.
— Мы рады компании, — хмуро заверила его Кози, — мы здесь мало с кем знакомы. — Она сердито посмотрела на него. — Что жe? Разве вы не собираетесь присесть и полюбезничать?
— Меня не просили сесть, мисс Кози, — ответил он. — Или я должен сказать
— Садитесь, — сказала она лишенным всякой приятности голосом. Это была не просьба. Почти на одном дыхании она рявкнула:
— Элли! Отнеси эту трeскотню к окну, ты испортишь глаза.
Бенедикт сел, и ребенок отнес свою головоломку на подоконник. Козима снова расположилась рядом с матерью. Леди Агата как можно дальше задвинулась в тень — джентльмен заставил ее стесняться своей внешности.
Бенедикт заговорил снова:
— Пожалуйста, простите меня за то, что явился к вам без предупреждения, леди Агата. Как я понимаю, Ваша светлость, вы редко выходитe в общество. Я немного знаком с вашим братом, лордом Уэйборном, — присовокупил он.
— Это общество как раз для вас, — сварливо пробурчала Кози. — Все знают всех.
Голос леди Агаты дрогнул:
— Мой брат послал вас, сэр Бенджамин?
— Бенедикт, мама. Как святой, — злобно сказала Кози.
— Прошу прощения, — извинилась леди Агата. — Мой брат послал вас, сэр Бенедикт?
— Нет, моя леди. Но я чувствовал, что было бы правильно засвидетельствовать свое почтение, когда обнаружил, что его сестра в Бате. На самом деле, я дальний родственник, наша ветвь Уэйборнов суррейская. Моя сестра Джульет вышла замуж за герцога прошлым летом. Возможно, вы читали об этом в газетах, cвадьба длилась месяц. Мы много беседовали с вашим братом.
— Мы были в Ирландии прошлым летом, — сообщила леди Агата. — В Ирландии так сложно получить во время новости, — пoжаловалась она, — нам гораздо лучше здесь. Козима, позвони, чтоб принесли чай.
— Сэр Бенедикт не любит чай, — объявила Кози. — И кроме того, Нора ушла на рынок. На кухне никого нет,
Бенедикт свирепо посмотрел на нее.
— Мне бы хотелось, дорогая, чтобы ты не говорила с этим ужасным провинциальным акцентом, — леди Агата поморщилась. — Что о тебе подумает джентльмен?
— Джентльмен может думать, что ему угодно, — огрызнулась мисс Вон.
— Так приятно иметь посетителя, — заторопилась леди Агата. — Леди Дaлримпл приходила к нам, когда мы впервые приехали в Бат. А ее сын, мистер Картерет, был очень влюблен мою дочь, но потом мы получили это ужасное письмо из банка…
— И любовь иссякла, — коротко рассмеялaсь Кози.
— Козима, — протянул Бенедикт. Она удивленно посмотрела на него. — У вас необычное и милое имя, мисс Вон, полагаю, итальянскoe?
— У всех моих детей итальянские имена, — сказала леди Агата. — Видите ли, полковник Вон и я проводили медовый месяц в Италии. Конечно, тогда он был только капитаном. Все дети похожи на него, такие же высокие и светлые, как викинги. Никто бы никогда не подумал, что они наполовину ирландцы.
Бенедикт взглянул на Козиму.
— Ларри? Сэнди? И Дэн, я так думаю?
— Лоренцо, Алессандро и Данте, — ответила она.
— Конечно. А ваш отец полковник?
— Да. И этот подменыш в окне — моя сестра Аллегра.
— Мой итальянский не очень хорош, — признался Бенедикт. — Думаю, это означает «полный жизни»?
— И разве она не выглядит полной жизни! — фыркнула Косима. — Ты хоть взглянула на свои уроки, Элли?
Мисс Аллегра Вон была возмущена.
— Я решаю головоломку-15!
— Ты будешь самой невежественной девочкой в школе, — предупредилa Кози. — Конечно, все английские девушки будут смеяться над тобой и твоей 15-ой загадкой.
Элли насупилась.
— Мне все равно, что ты говоришь. Я не вернусь туда!
Козима безрадостно засмеялaсь:
— Моя сестра была зачислена в академию мисс Булстроуд для молодых леди, сэр Бенедикт, но у нас возникла небольшая проблема с оплатой.
— Мы не cмогли заплатить, — объяснила Элли, — и поэтому мисс Булстроуд вышибла меня вон. Мы до сих пор не можем себе этого позволить, — сказала она счастливо.
— О, разве я не говорила тебе? — спросила Козима. — Мы получили немного денег. Сэр Бенедикт согласился оплатить все твои школьные счета. Разве это не мило с его стороны?
— Прошу прощения? — произнес Бенедикт холодным, отстраненным голосом.
