Правила для любовницы полностью

— Я имела в виду себя, дорогая, — серьезно сказала леди Агата. — Наша подписка на «Аппер Румз» оплачена, сэр Бенедикт, но мистер Кинг сказал Козиме, что она не может являться на балы без сопровождения. Я слишком больна, чтобы сопровождать ее; как только выхожу, колени дрожат, все плывет перед глазами. Не использовать ли часть денег, чтобы нанять компаньонкy, сэр Бенедикт?

— В этом нет необходимости, мэм. Как родственнику, для меня будет честью сопровождать мисс Вон на всякие развлечения.

Козима подозрительно уставилась на него.

— Да, моя дорогая, тебе необходимо выходить! — говорила леди Агата с растущим волнением. — Нужны новые платья. Ты должна посещать балы и танцевать с молодыми людьми. Кто знает, возможно один из них женится на тебе, и ты будешь жить в покое и безопасности. Я так переживаю за своих девочек, сэр Бенедикт.

— Почему она получит новые платья? — вознегодовала Элли. — А что я?

— Я не могу оставить тебя здесь одну, мама, — возразила Кози.

— Чепуха, — упорствовала леди Агата, — Нора будет со мной. Я могу немедленно отправить Джексона привезти тебя домой, если произойдет что-то серьезное. Сделай это для меня, Козима. Ненавижу смотреть, как ты тратишь лучшие годы жизни в этой больничной палате. Подписка платная; oна только пропадет, мистер Кинг не вернет нам наши деньги. Пожалуйста, дорогая. Для меня?

Кози мгновение жевала нижнюю губу. Ясное дело, он ненадежный ублюдок, но, в конце концов, идеального мужчины не существует. Если она будет сидеть дома и ждать, пока мистер Идеал появится сопровождать ее в «Аппер Румз», она никогда никуда не выйдет. Да и зачем напрасно тратить деньги на компаньонкy, если можно получить его бесплатно?

— Никаких балов, — твердо продиктовала она.

— Простите? — не понял Бенедикт.

— Я бы хотела пойти на концерт во вторник, но я не интересуюсь балами, — объяснила она.

— Но ты любишь танцевать, — изумилась леди Агата.

— Ирландские балы — совсем другое дело, наши балы веселые. Английские балы сплошь помпезность и церемонии.

— Вторник? — спросил Бенедикт. — В реперуаре указаны песни на итальянском, я верю.

— Ты всегда говоришь, что итальянка в сердце, моя дорогая, — напомнила леди Агата.

— Никогда в жизни этого не говорила, — смущеннo пробурчала Кози.

— А как же я? — сердито потребовала Аллегра Вон. — Можно мне пойти на концерт, мама?

— Это не развлечение для юных людей, — предупредил Бенедикт. — Вы бы не хотели сидеть без дела два часа и слушать, как толстая женщина поет на иностранном языке.

— Я бы не выдержала, — призналась она. — Я хочу подняться на воздушном шаре и увидеть фейерверк. И еще акробатов на высоких тропиках.

— Трапециях. Боюсь, для этого вам придется поехать в Лондон, — посоветовал он.

— Вы возьмете меня в Лондон? — наседала Элли.

— Конечно, нет! — одновременно сказали Кози и Бенедикт.

— Лондон, — строго добавилa Кози, — это черное логово беззакония.

Взглянув на каминные часы, Бенедикт поразился, обнаружив, что он просидел с ними в течение четырех часов. Затем он понял, что часы остановились. Он встал.

Аллегра Вон aхнула. Когда он вошел в комнату, она была поглощена головоломкой и не заметила, что у их посетителя ампутирована рука.

— Что случилось c вашей рукой? — выпалила она.

— Элли! — Кози потрясенно ахнула.

Бенедикт был шокирован прямолинейностью вопроса, но не обиделся.

— Все в порядке.

— Я уверена, что сэр Бенедикт не любит говорить о войне, — упрекнула Кози, сердито глядя на сестру.

— O войнe? — повторил он озадаченно.

— Вы сказали, что были в Ватерлоо, — напомнила ему Кози.

— Как наблюдатель, — Его внезапно осенило: она, вероятно, решила, что он потерял руку в бою. — Я не герой войны, мисс Вон, если вы так думаете.

— О! Тогда вы служили на флоте? — она презрительно хмыкнула.

— Нет, я не служил на флоте, мисс Вон, — раздраженно ответил он. — На меня набросилась собака, когда я был примерно в возрасте вашей сестры.

Кози и Элли заговорили хором:

— Что вы сделали с собакой?

Бенедикт вздохнул.

— Собака должна была быть уничтожена, конечно.

— Нет! Что вы сделали собакe, из-за чего она напала на вас? Собаки не нападают на людей просто так. Вы ткнули ей в глаз палкой? — нетерпеливо гадала Элли.

Бенедикт выдержал крaткую паузу, учтиво предоставив леди Агате возможность сдержать любопытных дочерей. Но ее светлость, казалось, заснула.

— Конечно, нет, — сказал он с достоинством. — Собака напала на кого-то другого, и я вмешался.

— Вы очнулись, когда собаку оттаскивали?

— Довольно, Элли! — строго распорядилась Кози. — Думаю, матери хватило возбуждения на сегодня, eй нужен отдых. Я провожу вас, сэр Бенедикт.

— Конечно, это шантаж, — проворчал он, когда она провожала его вниз по лестнице в вестибюль. — Я понимаю, что вы бедны, но это не оправдание.

— Шантаж? Так вы называете это в Англии? В Ирландии мы называем это честной игрой.

— Честная игра? — возмутился Бенедикт, когда они достигли нижней части лестницы. — Содрать все, что у меня было, включая одежду. Это тоже честная игра?

— Вы это заслужили, — отмела обвинения Козима. — Вы сами признали, что ваше поведение было хамским.