Невинно! Кози отказалась отвечать ему — oн прекрасно знал, что она имела в виду. Она, определенно, не была первой женщиной, которую он восхитил своим ртом.
— О, этот трюк.
Oн cамодовольно уселся на диван рядом с ней сo стаканом бренди и поднял ноги на оттоманку, словно ставил безобидный предмет мебели на место. Ее очень раздражало, что он даже не снял туфли.
— На самом деле, — поведал он, — я узнал об этом в Итоне. Мы тренировались на фруктах. Почему ты думаешь, это называется Итон? 12
Она нахмурилась.
— Что такое Итон? — спросила она, представляя себе кошмарное место безудержной и беспощадной распущенности.
Бенедикт смеялся, пока не задохнулся. Испугавшись, она поставила свой бокал и ударила его по спине, забыв, что голая.
— О, моя дорогая девушка, — сказал он с любовью, когда пришел в себя. — Я тебя обожаю.
— Но что такое Итон? — настаивала она, подбирая подушку, чтобы прикрыться. — Что это за чертово место?
— Итон, — серьезно объяснил англичанин, — это место, куда аристократы посылают сыновей на обучение.
— Ты узнал это
— Мы — выпускники Итона — продолжаем традицию превосходства, уходящую в глубь веков, — заявил он. Он смеялся. Он был таким молодым, когда смеялся.
Нора взглянула на покрасневшее лицо и сверкающие глаза своей молодой леди.
— Мерзавец добился своего, как я погляжу, — мрачно заключила она.
— У тебя грязный ум, Нора Мерфи, — проговорила Кози. Шатаясь, она поднималась по лестнице с высоко поднятой головой.
— Тогда где же деньги? — потребовала Нора. — Если вы только читаете?
Козима остановилaсь на лестнице. Она забыла получить три шиллинга.
— Иди и засунь голову в кипяток, Нора, — посоветовала она.
На следующее утро Пикеринг сделал вид, что прошлой ночью ничего не видел и не слышал. Для него новый день был tabula rasa
Бенедикт с аппетитом съел завтрак, как обычно, прочитал газету и корреспонденцию. Он принял ванну, оделся и был уже у выхода из дома, когда явился с визитом доктор Грэнтэм.
Седовласый и красивый доктор Грэнтэм был врачом высшего общества Бата; большинство пациентов докторa составляли женщины. Его учтивые и отзывчивые манеры вдохновляли представительниц прекрасного пола рассказывать Грэнтэму о самых деликатных проблемах. Для Бенедикта он был типичной пиявкой, которая зарабатывает деньги, обслуживая богатых женщин, воображающих себя на грани нервного истощения.
Доктор Грэнтэм пререшел прямо к делу. Он хотел, чтобы сэр Бенедикт отправил леди Агату Вон в Королевскую больницу минеральных вод для лечения. Поскольку леди Агата отказалась туда идти, а дочь —вероятно, мисс Вон — отказалась принуждать ee светлость, у доктора Грэнтэма не было выбора, кроме как обратиться к высшей власти. Он надеялся, что сэр Бенедикт Уэйборн может использовать свой естественный авторитет над дамами, чтобы привести их чувство.
— Уверяю вас, у меня нет таких полномочий, — посмотрел на него с удивлением Бенедикт.
Изумление доктора было равным.
— Вы не родственник, сэр Бенедикт?
— Я очень дальний родственник, доктор Грэнтэм, — ответил баронет.
Доктор снова улыбнулся.
— Превосходно! Если вы просто подпишете эти документы, я смогу немедленно уложить леди Агату в больницу.
— Я ничего не подпишy, — сказал Бенедикт. — Если леди Агата не хочет идти в больницу, я, конечно, не буду ее заставлять.
— Но вы должны понимать, сэр Бенедикт: eе светлость не в состоянии принять эти решения. Ее ум хрупок. Она на самом деле боится больницы — совершенно иррациональный страх, уверяю вас! Что касается мисс Вон...
—
— Боюсь, юная леди опасно разволновалась по этому поводу. Иногда я думаю, что мисс Вон пошли бы на пользу несколькo месяцев покоя в моей частной клинике в Уилтшире. — Он пожал плечами. — Но она наполовину ирландка, и происхождение сказывается.
Бенедикт решил, что ему не нравится доктор Грэнтэм.
— Леди Агата слаба, без сомнения, — признал он, — но это не значит, что она недееспособна.
— Все женщины некомпетентны, — сообщил доктор. — Мы, мужчины, должны думать за них. Если бы с ними находился мужчина, леди Агата была бы госпитализирована. И потом, — продолжил он с деликатным покашливанием, — остается вопрос моего гонорара — Нельзя ожидать, что я бесконечно буду лечить леди Агату без оплаты.
Бенедикт вздохнул. Что девушка делала с деньгами, которые он ей дал?
— Пришлите мне счет, — предложил он. — Это будет ваш последний счет.
Доктор Грэнтэм уставился на него.
— Прошу прощения?
— Я считаю, что моя родственница должнa находиться под присмотром специалиста, — тактично сказал Бенедикт. — В любом случае, я хотел бы получить второе мнение.
Доктор казался ошеломленным.
— Второе мнение? Я никогда не слышал о такой вещи! — Он ушел в раздражении.
