— Но в драке как происходит: ты бьешь, потом не думая, на полном автомате отскакиваешь назад, ожидая, что противник тебе ответит. И в этот момент высокий противник с длинными, намного длиннее, чем у тебя, руками, достает тебя в ударе. Поэтому по методике Демпси вместо двух шагов и отпрыгивания назад, ты в атаке делаешь четыре шага вперед. И что получается? Тебя по инерции несет на него. Ты бьешь, он закрывается, а твое тело продолжает падать вперед. Он, видя, что ты приближаешься, бьет вперед и вверх. Он тебя внизу не видит, так как своими кулаками закрывает свое же лицо. Поэтому он промахивается и лупит воздух над твоей головой. А ты ведь ниже. Ты прячешь голову у него на груди. И на этой инерции, что тянет тебя к нему, бьешь его в печень. И, естественно, вырубаешь. Высокий противник такого просто не ожидает. Тебя сегодня в школе били в лицо, — он показал на синяк под глазом Сережи. — Враг был выше?
— Да, — согласился Сережа и вдруг заговорил торопливо, увлеченно, сильно волнуясь:
— Он меня ударил в лицо. И отпрыгнул. Я тоже ему вмазал и…
— И тебя отбросило назад, правильно? — в азарте крикнул Платон.
— Да, и тогда он меня достал, — Сережа с досадой ударил перчатками по веревке.
В нем было столько жизни, что я не поверила своим глазам. Эмоции, которые я считала давно утерянными, вдруг закипели внутри него. Он сейчас выглядел, как нормальный ребенок, который увлечен разговором. А не как маленький и печальный старичок.
— Потому что у него руки длинные, а ты ему дал преимущество, — продолжал объяснять Платон. — Ты ему дал возможность до тебя дотянуться. Тебе не хватило еще двух шагов. Понимаешь? Если бы ты не отошел назад, тебя бы по инерции вынесло вперед. Голову спрятал и пробил в печень. И вырубил. Понял?
— Да!
— Давай! — Платон поднял руки, закрывая лицо, и стал в стойку.
— Сережа, тебе потом будет больно. Не нужно! — не выдержала я.
— Маам, ну пожалуйста! — взмолился сыночек.
И я вынуждена была замолчать. Боялась разрушить эту магию. Боялась, что он снова уйдет в себя.
— Хорошо, хорошо, только осторожно, — поспешно согласилась я.
Сережа в точности повторил маневр Платона: бросился к нему, метя в лицо, подождал, пока Платон закрылся в защите, спрятал голову у него на груди и ударил в печень.
— Хороший удар, — одобрил Егор, улыбаясь. — Быстро освоил! Молодца!
— Если хочешь, будем тренироваться здесь вместе каждую неделю, — предложил Платон. — Конечно, если твоя мама позволит, — поспешно добавил он, глядя на меня.
— Ему нельзя, — попыталась было возразить я.
Но поймала взгляд сына. Столько азарта было в его глазах! Столько радости! Он широко улыбался. По щекам разлился румянец.
— Мам, пожалуйста! — взмолился он.
— Хорошо, — согласилась я. — Но только если очень осторожно.
— Да вы не волнуйтесь, — улыбнулся тренер. — Мы здесь всегда всё делаем осторожно.
— Кроме удара в мою печень, — проворчал Платон, морщась и держась за бок.
— Извините, не рассчитал, — Сережа прижал руки к груди и… рассмеялся.
Да так звонко, как когда-то в детстве. До трагедии, что всем нам переломала жизнь. Сколько лет я не слышала этого смеха! Как долго я его ждала! Слезы вдруг хлынули из глаз и я закрыла лицо руками.
— Мам, ну ты чего? Мам! — Серёжа спустился с ринга, подошел ко мне и обнял. — Я не знал, что ты расстроишься.
— Это от радости, что ты у меня такой большой и сильный, — я продолжала реветь, как дура, и не могла остановиться.
Вечно я все порчу! Платон спрыгнул с ринга и подошёл ко мне.
— Все будет хорошо, поверьте, — он достал из кармана бумажный платок и протянул мне. — Меня в детстве сильно лупили. Сами понимаете: сын художника, внук художника, который вечно что-то там рисует в уголке. Быдло просто не может пройти мимо такого задрота. Вот я и научился себя защищать. И Сергей научится.
— У вас не было такого диагноза, — едва слышно прошептала я.
— У меня не было такой мамы, как вы, — тоже шёпотом ответил он.
— Вы ничего обо мне не знаете, — я вытерла глаза платком.
— Вы тоже о себе ничего не знаете, — улыбнулся Платон.
Платон отвез нас домой. Вышел из машины, галантно открыл дверь мне и Сереже.
— Увидимся? — он протянул руку моему сыночку.
— Он не… — я хотела объяснить, что Сережа никогда никому не пожимает руку, но осеклась и замолчала.
Потому что Сережа вдруг пожал руку Платону, улыбнулся и сказал:
— Увидимся.
— Надя, жду вас через два часа на выставке. Если сына не с кем оставить, можете взять его с собой. Я не против.
— Ссспасибо! — с трудом выдавила я, все еще находясь в шоке от рукопожатия.
Едва мы зашли домой, как Сережа быстро умылся, взял планшет, стилус и сел рисовать у стола в своей комнате. Я зашла и села на кровать, пытаясь собрать вместе разбегающиеся мысли. И только собралась задать вопрос, как Сережа попросил:
— Мам, можно мне поесть?
