Правила обольщения полностью

– Боже милостивый! Нам нужно убрать его отсюда, пока не проснулись ваши тетушки. – Горничная метнулась к двери, чтобы повернуть ключ в замке. – Этого не должно было произойти. О, это ужас, просто ужас!

– Энни, успокойся. О чем ты говоришь?

– Я полагаю, она говорит обо… мне, – раздался откуда-то сзади голос Александра.

Мередит попыталась перевернуться. Но вместо этого наткнулась на нечто неподвижное. И только тут она заметила мускулистую мужскую руку, обнимающую ее за талию, и пальцы, переплетенные с ее собственными.

Она заморгала от изумления, когда осознала, что не только лежит обнаженной, но и такой же голый мужчина прижат к ней так близко, как могут прижаться лишь серебряные ложки в футляре.

– А… Александр! – выпалила Мередит. Она столкнула с себя его руку и рывком натянула покрывало до самого подбородка. – Какого дьявола вы делаете в моей постели?

Ее внимание привлекло движение сбоку, и Мередит подняла взгляд, чтобы заметить, как Энни торопится к гардеробу в дальнем углу комнаты. Горничная, впервые решив сделать нечто пристойное, полностью сосредоточилась на содержимом шкафа и занималась (или притворялась, что занимается) исключительно выбором платья для своей госпожи.

Мередит вновь повернула голову. Распутник сонно улыбнулся ей, а затем приподнялся на локте, позволяя покрывалу сползти с его мускулистой груди.

Взгляд Мередит метнулся к темной чернильной метке, кольцом охватившей его сильную руку.

– О небо! Что это такое? – Она даже выпутала руку из покрывала, чтобы прикоснуться пальцем к его руке.

– Ах, это? – Александр посмотрел на татуировку. – Метка распутника, разве вы не знали? Мы все их носим. Впрочем, теперь, когда я встал на путь исправления, я просто не знаю, чем можно ее свести.

В первое мгновение Мередит действительно поверила ему, поскольку никогда еще не видела голого распутника при свете дня. Но затем он сверкнул одной из своих излюбленных улыбок, и она поняла, что он ее просто дразнит. А затем, без предупреждения, он наклонился вперед и поцеловал ее обнаженное плечо. Дрожь наслаждения прокатилась по ее коже, заставив непроизвольно вздохнуть от удовольствия.

– Прекрати! – Мередит стряхнула ощущение и натянула одеяло так высоко, что снаружи осталось только ее лицо. – Это совершенно неприемлемо.

– Неужели, дорогая? Прошлой ночью ты так не думала.

– Ч-что вы имеете в виду?

– Мередит, как ты можешь притворяться, что не помнишь происшедшего? Это была ночь, которую я никогда не забуду.

– Я не имею ни малейшего представления о том, что вы пытаетесь мне сказать, сэр. – И тут внезапно ее сознание затопило волной эротических видений.

О нет! Боже, пожалуйста!

Ее глаза расширились.

– Алекс, – прошептала она. – Скажи мне, что это был просто сон. Что я не… Что мы с тобой не… – Она замотала головой в тщетной надежде, что он в ответ сделает то же.

Но он не повторил ее жеста.

– Алекс, прошу, скажи что-то. Боже, скажи хоть что-нибудь!

Александр опустил взгляд, затем глубоко вздохнул и снова посмотрел ей в глаза:

– Выходи за меня.

– Пожалуйста, будь серьезен.

– Я серьезен, как никогда. Выходи за меня.

Мередит заглянула в его глаза, ожидая увидеть в них смех, но насмешки не было. В его взгляде была лишь уверенность и целеустремленность. Внезапно она осознала, что Александр говорит совершенно искренне. И ахнула.

Александр взял ее руку и поднес к губам. Нежно поцеловал.

– Признаюсь, я приглашал тебя в Харфорд Фелл не для того, чтобы подарить тебе лошадь. Я хотел, чтобы мой отец узнал тебя поближе. Я хотел получить возможность быть с тобой, гулять с тобой, говорить часами напролет. Мне нужно было время, которого незамужняя леди и холостой джентльмен лишены в чопорном Лондоне. – Александр повернул ее руку ладонью вверх, поцеловал ее запястье и снова заглянул глубоко в ее глаза. – Я не хотел, чтобы это произошло между нами. Клянусь честью, я этого не замышлял, но не жалею и никогда об этом не пожалею. Ты для меня важнее всего. Выходи за меня. Скажи, что выйдешь.

Энни тихонько вернулась к краю кровати. Подхватила с пола ночную рубашку Мередит и, не поднимая глаз, подтолкнула хозяйке под одеяло.

Некоторое время Мередит не шевелилась. Лишь смотрела на Алекса. Затем наконец нырнула под покрывало и, несколько секунд провозившись с шелковой тканью рубашки, вынырнула хотя бы отчасти одетой.

– Мое дневное платье, Энни. Быстрее, пожалуйста.

Александр улыбнулся, когда Мередит принялась неосознанно сражаться со своими спутанными кудрями.

– Я могу получить специальное разрешение, и документ будет у нас на руках в течение дня… максимум двух. Выходи за меня.

Мередит прожгла его взглядом:

– Я не могу выйти за тебя!

– Ну, боюсь выбора у тебя почти не осталось… Я обесчестил тебя. – Когда она все так же продолжила смотреть на него, он добавил: – Физически.

– Ты? – Тон Мередит смягчился. – Лорд Лэнсинг… в-вы не обесчестили меня.