– Он уже выпил немало бренди. – Она беспомощно оглянулась на сестру, пролепетав: – Ч-что же нам делать, Летиция?
– Вам ничего не нужно делать, леди. – Александр взял тетушку Виолу за руку и погладил ее по ладони. – Он скоро заснет. И лакей обо всем позаботится.
Леди Летиция подалась ближе и положила руку на плечо Александра, возвращая того к стулу.
– Лорд Лэнсинг, прошу вас, позвольте мне. – Она многозначительно посмотрела на Виолу и дернула головой, призывая сестру снова присоединиться к ней.
Взгляды Мередит и Александра встретились, и она отпила ликер. В тот же миг в ее губах началось странное покалывание.
Еще глоток, и еще, и еще. Теперь ее губы слегка… онемели.
Александр, должно быть, заметил растерянное выражение ее лица.
– Что-то не так с вашим ликером?
– О нет. Он очень хорош, правда. – Заговорив, Мередит поняла, что у нее онемели и щеки.
– Отец привык покупать только самое лучшее.
Низкий гудящий звук привлек внимание Мередит к графу, который уже причмокивал губами… во сне. Она посмотрела на Александра.
– Что ж, я не собиралась комментировать, но ликер кажется слаще, чем обычно. И…
Не успело последнее слово сорваться с ее губ, как Александр отнял у нее бокал и сделал глоток. Он покатал жидкость на языке, затем замер и посмотрел на Мередит.
– Вы правы. К тому же я чувствую в нем… миндаль? – Он сделал еще глоток.
– У вас тоже онемели губы?
Александр покачал головой.
– Выпейте еще. Вы заметите.
И он послушался. Молодого лорда так увлек странный ликер, что он на самом деле осушил бокал до дна.
У Мередит к тому времени так закружилась голова, что она поняла: если вскоре не отправиться в постель, она будет такой сонной и дезориентированной, что не доберется даже до комнаты.
– Простите, лорд Лэнсинг. Не знаю, что на меня нашло. Я так устала. Я чувствую, что вынуждена отправиться отдыхать.
Она посмотрела на тетушек, которые глядели на нее почти выжидающе.
– Я помогу тебе, дорогая. – Тетя Виола помогла Мередит подняться со стула.
Мередит ощутила, что ее ноги стали тяжелыми, а голова, казалось, парит где-то рядом со сводчатым потолком.
Тетушки повели ее к двери гостиной, и Мередит обернулась на Александра, который хлопал себя по щекам и смеялся.
– Я их не чувствую. – Он посмотрел на Летицию. – Можете отвесить мне хорошую пощечину. Клянусь, это невероятно странно, но я ничего не чувствую.
И тогда она заметила, как на лицах ее тетушек обеспокоенная хмурость сменяется довольными улыбками.
Благое небо, что же они натворили?
Мередит очнулась от глубокого сна и увидела большую темную фигуру, стоящую во тьме у двери. Ее сердце заколотилось. Она открыла рот, чтобы закричать, но не смогла издать ни звука. Ни единого.
А затем она поняла почему. Конечно же, она все еще спала. И это был один из
Все еще сонная, она скользнула к передней спинке кровати – ждать приближения незнакомца. Натянув покрывало на голову, она приподняла его ровно настолько, чтобы выглянуть в щелочку.
Фигура, приблизившись к ее постели, стала еще больше.
Покрывало сдвинулось. Его стягивали в сторону.
Что-то тяжелое опустилось на матрас рядом с ней.
О боже, это
Рука, мужская рука, нежно коснулась ее лица. И она застыла.
Подождите-ка. Ей знакомо это прикосновение. И знаком этот слегка мускусный мужественный аромат французского одеколона.
Биение сердца замедлилось, когда она поняла, кто пришел к ней в постель… в ее сне.
–
После нескольких попыток заговорить, которые больше напоминали мышиный писк, чем слова, Мередит вернула себе голос:
– Вы ошиблись кроватью! Вам нужно уйти!
Она попыталась с силой оттолкнуть его, но ликер все еще сонно курсировал по ее жилам, и в результате она сама упала рядом с ним.
– О проклятие! – Мередит попыталась встать, но была слишком усталой для этого. А потому она просто лежала рядом и пальцем толкала его под ребра в надежде, что он поступит по-джентльменски и уйдет.
– Приношу свои извинения, если вы находите мое общество шокирующим, Мередит, и все же я сегодня не покину этой постели.
