— Герцогиня, понятное дело, тревожится за своего мужа и сына. Едва ли она способна в данном случае рассуждать здраво. А поскольку ваш сын тоже находится в Кентигерне, я вынужден поставить под сомнение и здравость ваших суждений.
Хаган посмотрел на него волком.
— Да как вы смеете!
— Я не хочу вас обидеть, капитан, но вы должны признать, что в данный момент думаете не об одном только благополучии дома Кергов.
— Гром и молния! А как иначе? Герцог является наследником престола. С этого дня каждый час нашего промедления станет часом, который Эйбитар проведет без верховного правителя, под угрозой нападения анейранцев и императора Брэдона. Мы должны действовать безотлагательно — ради спасения не только дома Кергов, но и всего королевства!
Даниор фыркнул. Хаган не сразу понял, что кирси смеется.
— Вы говорите как истинный воин, капитан. Мы должны развязать войну, чтобы не позволить нашим врагам начать войну.
— Лучше быть воином, чем трусом, беловолосый ублюдок!
— Довольно! — Шона резко встала и подошла к окну. Хаган тысячу раз видел, как герцог делает то же самое. — До прихода Хагана вы начали говорить еще что-то, — продолжила она, через плечо взглянув на Даниора. — Что вы хотели сказать?
— Насчет сообщения гонца. Вы сказали, что королевские советники не передали вам ничего, кроме известия о смерти короля.
— Да.
— Это должно говорить вам о чем-то. Если бы они считали, что вам следует выступить в Кентигерн, они посоветовали бы сделать это. Возможно, они даже предложили бы выслать туда королевских гвардейцев.
— Не болтайте глупости, — сказал Хаган. — Они не могли сделать ничего подобного. Они не имеют права давать советы герцогу и знают, что не получат такого права, когда он взойдет на престол. Яван возьмет в Одунский замок своих собственных советников. — «Надеюсь, у него хватит ума оставить тебя здесь». — Они не вправе ничего советовать ни Явану, ни Андреасу. А что касается королевской гвардии, то со смертью Айлина они утратили право отдавать приказы его войску. Гвардейцы им не подчиняются.
— Полагаю, здесь вы ошибаетесь, — сказал Даниор. — До официального вступления на престол нового короля правление Айлина продолжается. Советники короля могут действовать от его имени.
Хаган нахмурился.
— Значит, со смертью короля вся власть в стране вдруг переходит к его кирси? Да я ни на минуту не поверю в такое.
— Хотите верьте, хотите нет, капитан. Но факт остается фактом: королевские советники могли известить вас о своем согласии с решением, принятым герцогиней по вашему совету. Однако они ничего нам не передали, а это должно заставить нас задуматься.
С минуту все молчали; тишину в комнате нарушало лишь нежное воркование голубя, сидевшего на выступе стены поблизости от окна. Младшие советники вообще благоразумно предпочитали помалкивать. Какой бы совет они ни дали, он в любом случае оскорбил бы кого-нибудь. А каждый из присутствующих в кабинете мог навсегда лишить их возможности продвижения по службе.
— Айлин умер, — наконец проговорила герцогиня. Она все еще казалась немного испуганной, но глаза ее светились решимостью. — Я не знаю, как велел бы мне поступить герцог в данных обстоятельствах, но уверена в одном: он никогда не отречется от престола, по крайней мере без боя. — Шона повернулась к советнику. — Надеюсь, вы простите меня, Даниор, но у меня нет выбора. Да, я боюсь за мужа и сына, но поступаю так не поэтому. Просто такое решение в духе Явана. В духе Кергов. Безусловно, вы это понимаете.
— Понимаю, миледи, хотя и не уверен, что решения в духе Кергов, как вы выражаетесь, являются самыми благоразумными. Конечно, вы сознаете, что, выступая с войском в Кентигерн, вы подвергаете опасности жизнь своего мужа. — Кирси бросил взгляд на Хагана. — И жизнь своего сына.
Герцогиня кивнула:
— Знаю. Я намерена дать Андреасу понять, что кергская армия сотрет Кентигерн с лица земли, если он убьет герцога. — Она повернулась к Хагану. — Мы можем выступить немедленно?
— Нет, миледи. Перед своим приходом сюда я переговорил с квартирмейстером. Возможно, нам придется осаждать Кентигернский замок, в каковом случае потребуются еще люди, чтобы построить осадные орудия, а квартирмейстеру понадобится еще несколько часов, чтобы собрать дополнительный провиант. Боюсь, нам придется подождать до рассвета.
— Значит, вы заранее знали, что я поведу войско на Кентигерн?
Капитан почувствовал на себе взгляд второго советника, но не посмотрел на кирси.
— Я верил, что вы выберете самую разумную линию поведения.
— Понимаю, — с благодарностью сказала Шона. — Хорошо, мы выступим завтра.
— Должен заметить, миледи, что, несмотря на свою уверенность в правильности принятого вами решения, я не вижу необходимости в вашем участии в походе. Опасность для вашей жизни…
Герцогиня подняла руку, останавливая капитана.
— Это моя война, Хаган, если войны не миновать. Разве вы посоветовали бы Явану остаться здесь, когда его солдаты идут сражаться?
Он ухмыльнулся:
— Советовал каждый раз, миледи. Но он тоже меня не слушал.
