— Берегись! — крикнул Бэйли, когда стрела крана понеслась прямо на них. Гитана отпрыгнула в сторону, бросив в механизмы крана последнюю гранату.
Бэйли услышал металлический скрежет, кран замер, но из темноты показались еще трупокрады. Они громко кричали и палили во все стороны. Бэйли потянул руку за парализатором, но ему на затылок опустился чей-то кулак, отчего он полетел вперед и грохнулся на палубу. Какое-то время он еще был в сознании и отполз в сторону от топтавших его ног, молотивших рук. Затем он надолго отключился.
Когда Бэйли пришел в себя, он подумал, что попытка побега ему приснилась: он лежал на холодной металлической поверхности, которая вибрировала под приглушенный гул двигателей. Никто не кричал — ни «сестры», ни Гитана, ни трупокрады. Рядом никто не дышал. Он был один, лежал на скользкой палубе, залитой машинным маслом.
Воздух сильно пропах озоном и дымом. Его голова гудела от нервно-паралитического газа и удара, который лишил его сознания. На поясе у него болтался парализатор. Обнаружив это, Бэйли почувствовал себя немного получше. Но когда он попытался подняться, он снова ударился головой: над ним что-то было. Он поднял руки и нащупал обшивку днища корабля-разведчика. Каким-то образом он, оглушенный и ослабленный, умудрился заползти под этот корабль и спрятаться от трупокрадов.
Потихоньку, очень осторожно, он выбрался наружу. Пока он полз, то нащупал что-то холодное — небольшой металлический предмет. Он схватил его, в надежде, что это ЭМИ-граната, или еще что-нибудь полезное, и сунул к себе в карман.
Вдалеке, в другом углу огромного порта, за силуэтами поврежденных и частично разобранных кораблей, он увидел яркие огни, отбрасывающие солнечные зайчики на палубу. Огромный входной люк открылся и закрылся. Что-то происходило, но что именно, видно не было — очень далеко.
Бэйли осторожно сел, ощутив боль во всем теле: он был сплошь покрыт синяками. Некоторое время норбит сидел неподвижно и приходил в себя. Он подумал о том, чем бы он сейчас занимался, если бы был у себя дома. Наверное, завтракал в солярии. Там он вдыхал бы сладкий от кислорода воздух, с нежнейшими ароматами зелени, а не эту вонючую смесь озона и машинного масла.
Мысли о доме еще больше расстроили его. Он был голоден, утомлен и огорчен. Ему бы не помешало немного перекусить и выпить чего-нибудь вкусненького, но здесь раздобыть что-либо подобное казалось маловероятным. Остальные участники экспедиции исчезли, и Бэйли задумался об их судьбе. Если трупокрады схватили их, то почему оставили его? А если его друзьям удалось скрыться, то почему они не взяли его с собой?
Он чувствовал себя одиноким и брошенным. Если его друзья спаслись, то и ему следовало сделать то же самое. А если они снова попали в руки к трупокрадам, то ему нужно спасти их. Он подумал о том, где они могли сейчас быть, и вдруг содрогнулся: их, наверное, уже разрезали на кусочки и затолкали в банки, как Деталь.
Чтобы отвлечься от таких мрачных мыслей, принялся разглядывать то, что только что нашел под кораблем. Свет был тусклым, и он попытался на ощупь определить, что же это такое. Перекрученная металлическая лента, замкнутая в кольцо, небольшой гибкий браслет, который можно было надеть на запястье. «Лента Мебиуса», — подумал Бэйли. Когда он был совсем, маленьким, его прабабушка Брита, будучи в невероятно приподнятом настроении, как-то показала ему, как сделать ленту Мебиуса из полоски бумаги, и наглядно доказала, что у той только одна сторона. Может быть, и это была детская игрушка.
Еще немного покрутив в руках металлический браслет, Бэйли понял, что тот состоит из двух полосок металла, как бы склеенных между собой и сливающихся в кольцо. Эти две полоски нельзя было отделить одну от другой, но между ними был небольшой зазор, в котором находился маленький рычажок. Этот бегунок перемещался в одну и другую сторону, но всегда, как только Бэйли отпускал его, возвращался в исходное положение.
Бэйли вертел браслет и так, и сяк, и вдруг услышал чьи-то голоса и увидел пляшущие по стенам лучи фонарей. Не теряя времени, он бросился на пол и по-пластунски пополз обратно под корабль. Это было удобное место, чтобы спрятаться, но не совсем выгодная позиция для наблюдения. Он мог видеть только ноги приближавшихся к нему трупокрадов. Две пары ног. «Два трупокрада», — сообразил он.
— И не говори, у Капитана точно все в голове закоротило, — проворчал один из них. — Ей, видите ли, причудилось, что тут кто-то прячется. А этих деталей уже и след простыл.
Значит, остальным удалось улизнуть. Несмотря на ужас, охвативший Бэйли, он порадовался за своих друзей.
