Он все рассказал о ленте Мебиуса, затем ему пришлось повторить свой рассказ для проснувшейся чуть погодя Розы, потом еще по разу — для Лилии и Незабудки. Когда проснулись Лаванда и Маргаритка, он заставил их подождать, пока не проснулась Захария, и только после этого поведал им о волшебном браслете. У «сестер» было много вопросов к Бэйли, но даже узнав о ленте Мебиуса, они не стали меньше уважать норбита. Напротив, он вырос в их глазах и заслуживал еще большего уважения.
— Гитана была права, — сказала Джаз. — У тебя много скрытых талантов.
Бэйли нетерпеливо кивнул. Он был рад услышать комплимент, но взволнован тем, что «сестры» просыпались слишком медленно.
— Нам надо торопиться, — сказал он. — Сейчас все выпивают — кто в баре, кто дома. Отмечают день святого Эльма. Когда я сюда шел, коридоры были пусты. Если нам улыбнется удача, они еще долго останутся пустыми.
Удача, которая редко отворачивалась от Бэйли, и на этот раз осталась верна ему. Они без приключений добрались до почты, и Бэйли изложил свой план.
В их распоряжении были три небольшие спасательные шлюпки, в которых могло разместиться по два человека. «Сестры» должны были погрузить спасательные средства на ракету, выводящую их в космос, затем спрятать все это среди коммуникационных капсул. Не выключая погрузочного оборудования, они должны сесть в шлюпки, а Бэйли закроет их снаружи. Команда грузовика не должна заметить шлюпки среди множества коммуникационных капсул, и «сестры» окажутся в открытом космосе.
Захария нахмурилась.
— Ты берешь в расчет только шестерых из нас. И в лучшем случае, мы оказываемся в космосе, дрейфуя в этих скорлупках, в которых и трех дней не продержишься.
— Маргаритка останется со мной, — ответил Бэйли. — Мы проберемся на борт «Одиссея» и угоним его. А с вами рядом будет Киска. Она пошлет нам сигнал, чтобы мы смогли вас подобрать.
«Сестры» засомневались. Они не доверяли Киске. Они с большим подозрением рассматривали спасательные шлюпки, подвергая сомнению их прочность. Они что-то бормотали себе под нос про безумные планы сумасшедшего норбита, и Бэйли предложил им вернуться в «морозильные» цилиндры, где они могли спокойно лежать и дожидаться прихода Чернобородого. В конце концов, после ожесточенных споров, все согласились с планом Бэйли. Затем все принялись его реализовывать. «Сестры» старались работать как можно быстрее и тише (получилось очень быстро, но не менее шумно), и наконец они погрузили шлюпки и капсулы на грузовой корабль.
Пока они работали, Бэйли ускорился до предела и побежал на «Одиссей», чтобы принести оттуда скафандры «сестер», чтобы те чувствовали себя в безопасности, даже не особо доверяя прочности шлюпок. Поскольку за раз он мог унести только два скафандра, ему пришлось сделать три ходки. Возвращаясь на почту в третий раз, он то и дело останавливался отдышаться и удивлялся, сколько несчастий на него обрушилось из-за этих бестолковых женщин.
К этому времени Джаз выяснила, как включить погрузочное оборудование, которое автоматически переносило исходящую почту, сложенную в определенном месте, на борт грузовика. Не выключая автопогрузчик, Бэйли аккуратно закрыл «сестер» в их спасательных шлюпках (причем, когда он закрывал люк за Лилией, она не прекращала бубнить что-то про идиотские норбитские задумки). Почувствовав некоторое облегчение, Бэйли с Маргариткой побежали на другой конец поселения.
Позаимствовав из шкафчика одного из рабочих почты его спецовку (весь в заплатах халат трудноопределимого цвета), Маргаритка надела его поверх своего летного комбинезона и решительно зашагала по коридорам. По местному времени было раннее утро, и немногие пираты, попадавшиеся им на глаза, еще не отошли от последствий продолжавшейся всю ночь грандиозной попойки.
Неподалеку от бара «Флибустьер» Бэйли и Маргаритка натолкнулись на группу женщин, которые орали песни пьяными голосами и били в барабаны. Высокая рыжая девица — Бэйли узнал в ней вышибалу из бара — решила, что Маргаритка хочет присоседиться к их компании.
— Эй, милашка, куда путь держишь? Бросай этого слизняка и пошли с нами. Мы идем в гости к Чернобородому. — Вышибала схватила своей ручищей Маргаритку за плечо и развернула се, чтобы она пошла с ними. — Ты должна веселиться, а кто умеет делать это лучше меня?
— Я не могу, правда, — сказала Маргаритка. — Мне действительно нужно идти, — но вышибала крепко вцепилась в нее. Хотела того Маргаритка или нет, она направлялась к Чернобородому.
Бэйли пристроился в хвост группы, отчаянно размышляя о том, как ему освободить Маргаритку. Он поравнялся с одной из барабанщиц, которые только что завершили исполнение неприличной оды в честь святого Эльма.
— Послушай, — сказал Бэйли. — Попробуй сыграть вот этот ритм, — и он намурлыкал мотив музыки трансеров.
— Хм, легко запоминается, — ответила барабанщица и принялась выстукивать этот ритм. Бэйли подпевал как мог, и вскоре эту песню подхватили все барабанщицы. Эта музыка была прилипчивой, и вскоре ее мурлыкал не один Бэйли. По коридору эхом разносился ритм музыки трансеров.
