– Что за бред он прогнал? – не удержавшись, требовательно вопросил Андрей возмущенным голосом.
– У Вестича богатое воображение, – пробурчала я, не поднимая головы. – Понятия не имею, о чем он говорил.
Кажется, заверения несколько утихомирили соседа, он даже слабо улыбнулся. А в следующий момент, противореча сама себе, я вскочила из‑за стола и, схватив сумку, без объяснений припустила к выходу из шумной столовой.
– Вы психи, Антонова! – Полетел в спину возглас изумленного Сухова.
За короткое время Заккари успел скрыться, вероятно, направившись на первый этаж. Я пронеслась по коридору, ловко лавируя в толпе, и невольно отметила, что ни разу никого не толкнула. Более того, люди, словно бы, незаметно расходились, освобождая дорогу.
Лифт закрылся перед самым носом, на секунду выказав полупустую кабину, но в следующий момент двери разъехались, любезно предлагая войти. Народ потеснился, и, заскочив внутрь, я наткнулась на хмурую Катерину. Подруга вскинула подбородок и безразлично отвернулась.
– Привет, – улыбнулась я, практически уверенная, что Катя меня не узнала.
– Угу, – скупо отозвалась она и машинально отдвинулась подальше.
– Как дела? – не сдавалась я.
– Лучше всех, Антонова. – Девушка дернула плечом, явно досадуя на то, что к ней пристают с разговорами. Поведение лучшей подружки показалось не просто чудным, а непостижимым. Похоже, подправленная колдовством ведьмовская внешность сюрпризом для нее не стала.
Загорелась кнопка первого этажа. Лифт дернулся и остановился. Двери разъехались, и Катя поспешно выскочила из кабины, словно стремилась спрятаться от меня.
– Да что с тобой такое? – Я ловко перехватила девушку за руку.
– Чего ты хочешь, Антонова? – фыркнула та, высвобождаясь. – Я тороплюсь.
Катерина раздраженно сжала лямку матерчатой сумки на плече. Широковатый рукав свитера съехал и открыл ярко‑алую нить, завязанную на левом запястье. От удивления у меня отпала челюсть.
– Ты увлеклась каббалой? – осторожно уточнила я, и желудок сжался от дурного предчувствия.
– Ну, дорогая, у всех разные увлечения, – с непривычным сарказмом отозвалась подруга. – У тебя, к примеру, целых два увлечения. Одно с темными волосами, другое со светлыми.
Катя полоснула по мне презрительным взглядом и, сама того не подозревая, наградила размытым воспоминанием. Длинные мужские пальцы с синеватыми полумесяцами у основания ногтя завязывали на руке девушки шерстяную нить.
– Слушай, – я нарочито проигнорировала обидную шуточку, – а когда ты последний раз виделась с Яном?
– Постой, Катя! Ты же не встречаешься с ним?!
– Просто не всем Вестичи полным составом достаются. – Изогнув тонкие бровки, девушка скорчила презрительную гримасу.
Казалось, что девушку раскроили, а потом сшили заново, как чудовищного Франкенштейна. Превратили в обозленную незнакомку вместо ироничной, обаятельной хохотушки.
– Ты сегодня не с той ноги встала? – возмутилась я.
– Антонова, сделай милость, сосредоточься на своем великолепии, а меня оставь в покое! – не придумав ничего поумнее, хамовато огрызнулась та.
– Так. – Окинув людный балкон быстрым взором, я вцепилась в локоть подруги и потащила ее к пустующей черной лестнице.
Недавно на лестничных пролетах повесили предупреждения, что за курение в корпусе студентов будут исключать. Как ни странно, угроза подействовала, разогнав даже злостных нарушителей порядка. Хотя, возможно, основной причиной, почему курильщики уступили в войне с деканатом, было то, что на улице потеплело.
Я притащила Катю под лестницу, к закрытым дверям хозяйственной подсобки. Здесь царил полумрак, а воздух все еще пах табачным перегаром.
– Этот парень, Ян, совсем не прост! – заговорила я и покосилась на галдящую компанию, поднимающуюся по ступенькам. – Ты знаешь, что из‑за него меня с факультета отчисляют?
– А ты постарайся почаще на занятиях появляться, – отпарировала Катерина с насмешкой. – Глядишь, и оценки будут в полном порядке.
– Ты издеваешься? – опешила я, стараясь не поддаваться нарастающему внутри раздражению. – Если тебе наплевать на мои проблемы, то тебя не смущает, что его девушка покончила с собой? Говорят, Ян ее ударил у всех на глазах! От таких парней нужно бежать без оглядки, прижимая к груди тапочки! Он очень странный!
– Странный?! Ты себя в зеркало видела, Антонова? Подкинешь номерок пластического хирурга? – Враз посерьезнев, она подошла ко мне вплотную и прошипела: – Так что не надо мне говорить о странностях! Подружка.
«Она вторглась в твое личное пространство!» – произнес над ухом сладкий голос Силы, защекотав кожу на шее.
– Отойди на шаг, – резко приказала я, едва воздерживаясь от грубости.
