– Да, пожалуйста. – С незнакомой жесткой усмешкой Катя отступила. – Строишь из себя пуп мира, напускаешь тумана, но на деле ты просто ноль без палочки! Хочешь дам совет? Будь попроще, и люди к тебе потянуться. Врушка!
– Не переводи разговор, – бледнея, процедила я сквозь зубы. – Не знаю, что тебе наговорил Ян, но он соврал! Я никогда тебе не лгала!
– Еще бы! – Катя осклабилась. – Зато как талантливо не договаривала!
– Тебя бесит, что ты ничего не знаешь о наших с Филиппом отношениях? – Тут же догадалась я, на какие именно секреты намекает подруга.
– О, да! – Катерина скрестила руки на груди. – Запретная тема под названием «братья Вестичи»! Еще одна страшная тайна в жизни обычной студентки Александры Антоновой.
– Ну, хорошо. – Меня трясло от ярости. – Хочешь правды обо мне и Вестичах? Помнишь, в прошлом апреле на кольцевой дороге произошла авария, о ней весь Интернет трубил? Тогда занесло легковой автомобиль, и перевернулась цистерна с бензином.
Подруга нахмурилась, словно бы мысленно перебирая прошлогодние новостные колонки.
– В разбитой легковушке погибло три человека. Они были моими друзьями, а я сидела за рулем и отделалась шрамами на руке. Наверное, если бы не загремела в психушку, то попала бы под суд – мы летели на дикой скорости. – Лицо Катерины медленно вытягивалось, а я, задыхаясь от злости, цедила слова: – Догадываешься, какую статью мне едва не вменили? Убийство по неосторожности! А знаешь причем здесь Вестичи? Меня Филипп подрезал на дороге и даже не заметил этого! Нравится тебе наша тайна?
– Так и знала, что ты психопатка, и он спал с тобой только из жалости! – Сделала Катерина абсурдный вывод.
– Как у тебя язык поворачивается?!
– Прекрати говорить на латыни! – Катя попятилась. – Я все равно ничего не понимаю.
– Антонова, что с твоими глазами?! Они почернели! – испуганно выпалила противница.
Вдруг она стиснула горло руками, выронив сумку, и громко засипела. С багровым лицом девушка закашляла, хватала ртом воздух, пытаясь сделать вздох. Кудрявые волосы подруги растрепались, на лбу выступил бисер пота.
– Что ты со мной сделала? – прохрипела она. – Останови это…
Но меня отодвинули на второй план, точно суфлер посреди спектакля вылез из будки и, столкнув со сцены солистку, занял ее место. Лучшая подруга умирала от удушения, но в замороженной душе не дрогнуло ни единой струны. Чувства законсервировались, эмоции исчезли.
Как бы это смешно ни звучало, но Катерину спас Заккари. Он вырос, словно, из‑под земли и загородил жертву. Неожиданно мягкие губы ведьмака прижались к моим в настойчивом поцелуе. Влажный язык проник в рот, быстро скользнул по небу. Зубы парня, дразня, прикусили мне нижнюю губу. Судорожно вздохнув, я оттолкнула ведьмака и неуклюже отступила.
– Очнулась? – помогая мне сохранить равновесие, тихо произнес Зак. Я ошарашено кивнула и прижала пальцы к горящим от поцелуя губам.
Сложившись пополам, Катерина шумно глотала воздух и держалась на живот. Словно добрый дядюшка, Заккари поддержал подружку за плечи и помог выпрямиться.
– Сейчас можешь дышать? – утончил он.
– Понятно, – лаконично отозвался ведьмак.
Жестко, сплющивая круглые щеки, он стиснул лицо Кати в ладонях и уставился во влажные, перепуганные глаза. Пахнуло холодной волной потревоженного воздуха, и снова появилось ощущение, будто едва слышно зашептал голос, но сейчас басовитый и бархатистый. Похоже, именно так говорило колдовство.
– Вы только что мило поболтали, по‑дружески, – разделяя слова, произнес Зак. – Вы ведь подружки? И ничего не произошло. Верно?
Судя по всему, промывка мозгов прошла успешно, и зачарованная Катерина заторможено кивнула.
