Пока я рискуя созданием аварийных ситуаций ехал к дому Зои Матвеевны, размышлял, как лучше завести беседу на интересующую меня тему. В итоге решил не юлить, а задать вопрос напрямую в лоб. Всё равно такой специалист легко сложит два плюс два, только буду тратить своё и его время.
— И что же так вас взволновало, Александр Петрович? — спросил Волконский, приветливо улыбаясь, пока я поднимался ему навстречу по ступенькам крыльца. Весь его внешний вид излучал спокойствие, которое потихоньку начало передаваться и мне. — Содержимое чёрной папки вас так шокировало?
— Не то, чтобы шокировало, — ответил я, улыбнувшись в ответ. — Просто возникло вопросов не меньше, чем было до этого.
— Ну заходите, побеседуем, — всё с той же улыбкой сказал он, приглашая меня следовать за ним.
Моему приезду он не особо удивился, вопросы задавал скорее для поддержания беседы и имитация удивления. Хотя удивление на его лице отсутствовало напрочь. Мы прошли в каминный зал, гораздо более шикарно оформленный, чем у моих родителей и князь указал мне на одно из кресел у чайного столика.
— С нетерпением жду вашего вопроса, — сказал Михаил Игоревич, степенно усаживаясь напротив меня.
— Я не буду тянуть кота за хвост, — начал я. — Мне многого от вас не надо, скажите только где найти нашу прабабушку. Всё же родственница, хотелось бы навестить.
— А захочет ли она, чтобы вы её навестили? — спросил Волконский, испытующе глядя мне в глаза.
— Думаете ей будет не интересно?
— Не исключено, что она просто не хочет никого видеть, — справедливо заметил князь.
— Если она не захочет с нами общаться, мы не будем настаивать, мы не варвары, — сказал я. — Насильно мил не будешь, отойдём в сторону и оставим в покое, но не попытаться будет непростительно.
— Александр Петрович, я знаю вас только с хорошей стороны, — снова улыбнулся Волконский, видимо чтобы лучше расположить меня к себе. — Поэтому я дам вам нужную информацию. Взамен прошу лишь одного, дайте мне пообщаться с вашей сестрой.
— Её я тоже принуждать не хочу, а она не хочет работать в вашей конторе, — ответил я, стараясь скрыть вновь возникшее напряжение. — Тогда имеет ли смысл.
— Можете мне не поверить, но я тоже не хочу её к этому принуждать, — ещё шире улыбнулся князь. — Даже пытаться не буду. Да и молодая она ещё. Я просто хочу поговорить.
— Ну хорошо, — кивнул я. — Если она не будет возражать, то я её привезу. Но только после того, как она познакомится со своей прапрабабушкой.
— А с вами приятно иметь дело, Александр Петрович, — не меняя интонации сказал князь. — Не легко, но приятно.
Я не стал ему на это ничего отвечать, а он и не требовал. Волконский достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и протянул мне. У него похоже просчитан каждый шаг, как ход шахматной партии, он знал, что я за этим приеду. Когда я взял листок в руки, по внешнему виду и старости бумаги понял, что он был предусмотрительно изъят из той самой папки. Думаю, это далеко не единственный ход, который он просчитал.
— Спасибо, Михаил Игоревич, — поблагодарил я и встал, — не буду больше тратить ваше с Зоей Матвеевной время, погода на улице и правда замечательная. Хорошей вам прогулки.
Я попрощался с первым советником императора и вышел на улицу в смешанных чувствах. Какой-то закон сохранения материи в странном проявлении. Положительные эмоции обязательно должны выравниваться отрицательными. А ничего, что отрицательные съедают гораздо большее количество энергии на единицу массы? Жизнь регулярно напоминает, что не бывает хорошего без плохого и наоборот.
Теперь я смогу найти прабабушку матери, которая была когда-то выдающейся личностью. Выдавалась она правда втихаря, зато скорее всего очень эффективно. Ясное дело, это положительный момент. Но есть отрицательный и, мне кажется, получится в итоге именно так, как мы не хотим. Катя имеет тонну шансов исчезнуть из поля зрения наших радаров на неопределённый срок. Но, может всё-таки иногда можно будет её увидеть? Надежда умирает последней. Прабабушка ведь исчезла в своё время бесследно.
Елена Андреевна Голубева проживает на данный момент в Выборге. Это не очень далеко, пара часов на машине по красивой дороге, идущей по берегу Финского залива. Если я правильно понимаю, придётся взять пару выходных. Вопрос только, кто будет за меня читать лекции? Как правильно сказал один всем известный писатель: «На кладбище находится много людей, считавших себя незаменимыми». Золотые слова.
Стоило мне открыть дверь нашего дома, как я увидел перед собой всю семью в полном составе. Они сверлили меня взволнованным вопросительным взглядом. Я молча достал из кармана листок и поднял вверх на вытянутой руке.
— Танцуйте! — заявил я, улыбаясь до ушей.
— В смысле? — первой произнесла Катя.
— Чтобы получить долгожданную весточку, надо станцевать! — продолжил я испытывать терпение родни.
— Ты там на солнышке перегрелся что ли? — спросил отец, глядя на меня с недоумением, потом сделал шаг вперёд и протянул руку. — Давай сюда, не дури!
