— Везите первого пациента, — распорядился секретарь заседания, открыв дверь и обращаясь к санитарам, которые находились в холле.
Как у них всё тонко проработано. Пока мы там сидели, никаких пациентов на каталках и в помине не было. Два дюжих санитара ввезли каталку и оставили её, зафиксировав колёса, в центре пустого пространства между президиумом и первым рядом, где сидели мои друзья и коллеги.
— Прошу вас, Александр Петрович, — обратился ко мне всё тот же москвич и сделал пригласительный жест рукой. — Думаю, диагноз для вас озвучить не проблема? А потом продемонстрируете свой метод. Мой коллега проконтролирует процесс.
Другой москвич, что выглядел чуть помоложе, встал со своего места и важной походкой направился к пациенту.
— Мастера души предоставите? — спросил я, уже стоя рядом с каталкой. — Перелом бедра без обезболивания лечить не стоит.
— Вы уже поставили диагноз, Александр Петрович? — вскинул брови старший москвич. — Вы же даже не осмотрели пациента.
— Чтобы понять, что это перелом бедра в данном случае не обязательно сканировать кость. Это понятно по ротации стопы наружу, — ответил я и улыбнулся. Неужели они тут не знают такого банального симптома? Без магии даже предварительный диагноз поставить не в состоянии? Вот она обратная сторона могущества и силы. — А, чтобы уточнить локализацию перелома и его особенности, я буду сканировать.
Я осторожно, чтобы не причинить боль пациенту, приложил ладонь к бедру мужчины средних лет. Судя по его напряженному лицу, он испытывал не только боль от перелома, но и дискомфорт от всей этой обстановки, что его демонстрируют при большом количестве людей, пусть это и лекари. Получается, что его просто сюда притащили, даже не предупредив? Это конечно не точно, но не исключено. Сканирование показало перелом диафиза кости на границе верхней и средней трети, больше смахивает на винтовой. Смещение есть и по оси, и поперечное, и по длине.
— Я могу попросить о помощи одного из моих коллег? — спросил я. Ногу надо повернуть и потянуть вниз, чтобы после срастания перелома она имела нормальную форму и длину. В зале раздались ехидные смешки. — Мой коллега поможет подержать ногу в определённом положении, чтобы было возможно полностью восстановить функцию конечности.
Смешки прекратились. У изголовья каталки застыл один из лекарей, сидевших до этого в зале, наверно мастер души.
— Нет, Александр Петрович, — подал голос Захарьин. Не вынесла душа поэта, не сдержался. — Вы должны справиться сами.
Вот же засранец! Это он потоком магии устраняет все смещения за несколько мгновений. Ладно, Ярослав Антонович, я тебе припомню. Даже москвич на него посмотрел с удивлением, но ничего в итоге не сказал.
Я дал понять мастеру души, что мы начинаем, дождался, когда пациент погрузится в глубокий сон и начал устранять смещения. Я взялся обеими руками за стопу, повернул её вертикально и одновременно потянул на себя. Скорее всего отломки встали на свои места, но как мне теперь подобраться к месту перелома и не допустить при этом, чтобы всё вернулось обратно? Вот для этого мне и нужен был помощник. Чтоб ты провалился сквозь землю, Ярослав Антонович!
Я начал перехватываться руками выше по ноге, стараясь, чтобы она не меняла положение. Хорошо, что есть такая вещь, как наркоз. В данном случае магический глубокий сон. Мышцы пациента расслаблены и не тянут на себя ногу, усиливая продольное смещение. Удерживая ногу за колено левой рукой, я положил ладонь правой на место перелома и приступил к сращению.
Первым делом прихватил в разных местах, обеспечив неподвижность отломков. Теперь уже за возможным смещением можно не следить, его не будет. Я полностью сосредоточился на месте перелома и начал формировать костную мозоль. Всё это время, пока я направлял тонкие потоки магической энергии, поверх моей руки лежала рука проверяющего. Убрал он её, когда понял, что процесс подходит к концу.
— Что вы можете сказать о процедуре, за которой наблюдали, Станислав Григорьевич? — спросил старший москвич у младшего, своего подчинённого.
— Всё было именно так, как описывал Александр Петрович, — ответил тот и направился обратно на своё место.
— То есть вы видели, что он, воздействуя малым количеством энергии целенаправленно, добился полного сращения перелома.
— Именно так, ваше сиятельство, — ответил тот, уже подходя к своему месту. — Этот метод работает и действительно многократно экономит энергозатраты. Я попутно анализировал работу магического ядра господина Склифосовского, которое у него довольно посредственное. По моим расчётам запаса энергии едва должно было хватить на сращение такого перелома, но к моменту завершения процесса ушло меньше четверти.
— Хм, значит метод и правда работает, — повёл подбородком старший, имя которого ещё ни разу не упомянули. — Ну хорошо. А вот скажите мне пожалуйста, Александр Петрович, что могут сделать теперь знахари, если их уровень магических способностей находится на запредельно низком уровне?
