— Ты завтра поедешь к Андрею? — немного удивилась она. — А где же он сейчас?
— Да, я же тебе не рассказал об этом. В Ораниенбаумской колонии-поселении, куда мы ездили бороться с брюшным тифом.
— Про тиф и колонию ты говорил, — кивнула она. — Да этой новостью уже все уши прожужжали, расписывают, какие вы герои, прямо гордость берёт, что один из них — это мой парень. А про Андрея впервые слышу.
— Сам не знаю, почему я про него не рассказал, — покачал я головой.
— Зато я знаю, — улыбнулась Настя. — Андрей раньше безуспешно пытался за мной ухаживать, я много раз отодвигала его в сторону. А когда мы с тобой начали встречаться, он сначала ревновал дико, у вас даже отношения на какое-то время охладели, потом вы помирились. Только это всё было до того, как ты потерял память, поэтому я и удивляюсь, как это всё у тебя всплыло.
— Не знаю, — сказал я, пожал плечами и нахмурился. Это получается, что мой друг был конкурентом?
— Ты чего это так окислился? — спросила Настя и рассмеялась. — Я же тебе говорю, между нами ничего не было, мы даже в кино или театр вместе не ходили. Он хотел отношений, а я — нет. Так что расслабься, Андрей в этом плане не представляет для тебя никакой угрозы.
— Да я понял уже, — сказал я и улыбнулся тому, как она оправдывается. — Поедешь завтра со мной?
— А я там зачем нужна? — вскинула брови Настя, остановив вилку над тарелкой салата.
— Ну со мной за компанию, — пожал я плечами. — Потом может по Петергофу погуляем.
— Ну если с заездом в Петергоф, — сказала Настя и ненадолго задумалась. — Тогда поеду. Только в колонию с тобой не пойду, лучше подожду в машине.
— Как скажешь, — ответил я и начал усердно изучать содержимое своей тарелки.
— А у меня одна интересная новость, — сказала вдруг Настя и сделала паузу, ожидая, когда я обращу внимание. — Мне вчера звонил какой-то юрист. Сказал, что занимается делом по моему наследству по поручению господина Склифосовского. Это ты нанял?
— Отца попросил, у него есть хорошие знакомые, — ответил я. Значит дело потихоньку движется. Это хорошо. — И что он сказал?
— Он сказал, что у меня есть неплохой шанс. Денег, конечно, не вернуть, от них и след простыл, а вот дворец в Питере и загородное имение вполне возможно. Баженов передал их третьим лицам, особо не задумываясь о возможных последствиях, там куча нарушений в составлении документов. Такое впечатление, что писалось наспех на коленке чисто для видимости. Странно, что всю эту писанину утвердили в имущественной палате. Говорит, что это можно аннулировать через суд и доказать, что я прямая и единственная наследница. Когда всё это писалось, я ведь была ещё мелкая дурочка и верила каждому слову своего любящего дяди, он и не предполагал, что рано или поздно захочу это всё вернуть.
— Ну это же замечательно, — улыбнулся я. — Понимаю, что поздравлять пока рано, но ты держи меня в курсе событий, они мне не безразличны.
— Естественно не безразличны, — улыбнулась Настя. — Раз ты даже отца привлёк к этому делу. Я крайне удивлена, что он согласился. Ведь твои родители всегда не одобряли наших отношений, но я так и не поняла, почему.
— Я точно теперь сказать не могу, — покачал я головой. — Но, по-моему, вполне очевидная причина в том, что ты племянница Баженова. Скорее всего у отца были с ним какие-то отдельные счёты, раз твой дядя так хотел ему навредить, уничтожив меня.
— Наверно да, ты прав, — сказала Настя и погрустнела. — Наверно поэтому ты в последнее время стал так холоден ко мне. Ещё до того, как потерял память. А я себе места не находила, не могла понять, что не так.
— Сложно это всё, — покачал я головой. — А ещё сложнее что-то понять, когда ты почти ничего не помнишь. Было бы очень интересно узнать, что за кошка между ними пробежала. Я сначала был уверен, что всё дело в тех серебряных амулетах, с помощью которых Баженов набирал себе армию лекарей-убийц.
— Последнее звучит дико, — хмыкнула Настя.
— Согласен, — кивнул я, приветствуя взглядом опускающийся передо мной на стол стейк. — Но ведь именно так и было. Лекари, начавшие носить амулеты, приобретали навыки боевых магов, которые Баженов использовал в своих корыстных и мстительных целях. Я ведь тебе ещё не рассказывал, как на меня и на мою семью несколько раз производилось покушение?
— О, Господи! — Настя всплеснула руками и прижала их к груди. — Но всё ведь обошлось, правда?
— Как видишь, — улыбнулся я. — И, что самое интересное, мы чудом избегали смерти от пламени и молний благодаря артефакту, который мне подарили не особо дружественные товарищи. Один из них так вообще верный идейный слуга Баженова.
Я на всякий случай осмотрелся, убедился, что нас никто не видит, и достал из-за пазухи медальон.
