Я просканировал для начала желудок. Никаких следов от опухоли не осталось. Немного дополнительно укрепил рубец и перешёл к сканированию всех органов брюшной полости, чтобы быть полностью уверенным в отсутствии метастазов. Оказалось, что не зря я ей сказал ещё раз прийти показаться. Небольшой узелок спрятался в основании брыжейки поперечно ободочной кишки. Перепроверил всё ещё пару раз. Больше ничего нет. В сальнике и воротах печени я убрал метастазы полностью ещё в прошлый раз.
Узел в брыжейке я убрал быстро, процесс лечения был полностью завершён, но давать команду будить дико не хотелось. Пусть лучше лежит похрюкивает.
— Кать, а ты случайно не вспомнишь, что ты такое с ней сделала в прошлый раз, что она чуть ли не душкой стала?
— Я попробую сейчас, — пожала она плечами. — Но гарантировать нужный результат не могу.
— Пусть будет хоть какой-то результат, — вздохнул я. — Иначе я её убью сейчас здесь.
— Ха-ха, я тебя прекрасно понимаю, — ответила Катя. — У меня у самой уже желание появилось.
Она снова приложила ей пальцы к вискам, сосредоточилась и закрыла глаза. Меня начало напрягать, что воздействие затягивается. Я положил руку поверх ладошки сестры и очень вовремя, запас её энергии уверенно рухнул ниже четверти. Я направил мощный поток прямо в ядро, пополняя запас. Ещё через пару минут Катя открыла глаза.
— Спасибо, братишка, выручил, — вымученно улыбнулась она. — Надеюсь, что у меня получилось. Будить?
— Буди, а я пока табурет возьму, — сказал я. Поймав сдобренный смехом вопросительный взгляд сестры добавил: — Да шучу я, лучше из трости молнией шарахну, чтобы наверняка.
Катя покачала головой, вздохнула и снова вернула свои пальцы на виски пациентки. Похрюкивание прекратилось, и женщина открыла глаза, растерянно разглядывая бестеневую лампу.
— Где это я? — спросила она голосом обычного человека, не ненавидящего весь мир.
— Вы в госпитале Склифосовского, — спокойно ответил я. — Я только что удалил последний метастаз опухоли, которая поселилась у вас в желудке и не давала покоя. Теперь у вас не осталось ни опухоли, ни метастазов, лечение завершено. Надо будет показаться теперь через три месяца, то есть в конце мая, чтобы я всё проверил.
— А что проверять? — всё также растерянно спросила она.
— Что у вас не выросло ничего нового. Может сейчас где-то есть крошечные метастазы, которые будут расти.
— У меня будут расти метастазы? — спросила она. Растерянность теперь сменилась испугом.
— Не факт совсем, — ответил я. — Но на сто процентов в таком случае быть уверенным нельзя, надо обязательно наблюдаться, чтобы вовремя подлечить.
— Понятно, — пробормотала она несколько успокоившись. — Я могу идти?
— Да, конечно, — сказал я и поддержал её под локоть, когда она вставала со стола. В этот раз она даже не отбрыкивалась.
— Не забудьте прийти в конце мая, — напомнил я, когда она напялила на себя своих соболей и направилась к выходу.
— Да, хорошо, — сказала она. — Спасибо, до свидания.
Тёща градоначальника вышла из кабинета, дверь закрылась, мы выдохнули и вошёл Жеребин, который, по-видимому, ожидал за дверью.
— Что это было, Александр Петрович? — удивлённо спросил Константин Фёдорович.
— Тяжело блатная на голову больная, — хмыкнул я. — Но Кате похоже удалось найти нужный рубильник в её голове. Проверять, насколько это помогло, желания нет никакого. Ушла и слава Богу.
— Крайне неприятная дама, — кивнул Жеребин. — Не хотелось бы с ней ещё раз столкнуться.
— Никому бы не хотелось, — ухмыльнулся я. — А что делать. У нас с вами остётся ещё полчаса, зовём пациентов, вы работаете, а я наблюдаю.
— Идёт, — кивнул он и я позвал следующего, у мужчины оказался гайморит, вылечить который Жеребину не составило труда.
Следующим практикантом был мой временный заместитель. Ему как раз повезло на метастазы в костях у женщины с меланомой. Катя погрузила пациентку в операционный сон, и я приступил к обучению.
Магической силы моему пожилому практиканту хватало, но сфокусировать её в тонкий пучок у него никак не получалось.
— Может я удалю их так, как привык? — спросил он после третьей не совсем удачной попытки. — Зачем это всё?
Я обречённо вздохнул и принялся ему заново объяснять, что это за метод такой загадочный и с чем его едят. А ведь человек пять лекций прослушал, где я достаточно подробно всё это излагал, он даже вопросы задавал по теме. Когда в его глазах мелькнуло понимание, я предложил ему попробовать снова. На этот раз намного лучше, метастаз удалён полностью, достаточно быстро и с малыми энергозатратами. Воодушевившись первым успехом, он продолжил.
Моя ладонь лежала поверх его, и я полностью контролировал его действия. Тонкий поток у него поначалу выходил не особо тонкий вследствие подачи слишком большого количества энергии. Я сказал ему об этом, он уменьшил поток и наконец-то начало получаться то, что надо. Ему приходилось прилагать много усилий для фокусировки и прицеливания, но постепенно он приспособился.
